И потом, когда я стала женой Леонарда, я работала наравне со слугами. Муж считал, что пока руки женщины заняты работой, голова будет свободной от глупостей. А потом, когда его не стало, я опять работала. Потому что Леонард жил всегда не по средствам, был игроком и мотом и оставил после себя только долги. Теперь же эта рутина, эти повседневные дела дают мне возможность почувствовать себя живой. И как бы ни настаивал Эрнан, чтобы я переехала в богатый особняк с множеством слуг, я отсюда ни ногой. Потому что именно это моя жизнь, а другой я жить не умею.
Таких откровений от нее я не ожидала.
Воспользовавшись моментом, спрашиваю:
— Лорд Морриган погиб на поле боя?
— Нет, — отрезает Эйвери и снова закрывается, захлопывается мгновенно как раковина моллюска. — Никогда не спрашивай о нем. Это не тот человек, о котором мне хотелось бы говорить.
Вечером выхожу на задний двор. На жарком летнем солнце белье сохнет быстро. Эйвери велела наполнять корзину не доверху, чтобы мне не было тяжело. Но я решаю снять с веревок все белье.
Вряд ли такая ноша причинит мне вред.
Сняв последнюю вещь с веревки, наклоняюсь, чтобы поднять корзину.
— А ты, оказывается, непослушная, — слышу голос за спиной, и меня охватывает дрожь. Ну какого он опять приперся?
— Я сам отнесу, — оттесняет меня в сторону и берет корзину.
— Пришел контролировать, как я справляюсь со своими обязанностями?
Сама не заметила, что перешла на «ты». А вот он заметил.
— И откуда такая непочтительность? — насмешливо изгибает темную бровь.
— А с чего мне почитать тебя? Вдруг ты не достойный человек.
— Можешь почитать про род Морриган в библиотеке. Там есть информация о заслугах каждого мужчины рода. Если, конечно, знаешь драконий.
Пожимаю плечами.
— Вряд ли мне это что-то даст. Можно быть великим полководцем или выдающимся политическим деятелем, но при этом быть плохим человеком.
— Ладно. Ясно кем ты меня считаешь, а что насчет тебя?"
"— А что насчет меня? — не понимаю, к чему он клонит.
— Кто ты, Диана? Мои люди не смогли ничего выяснить.
Соседи раньше тебя не видели, а внешность у тебя запоминающаяся. Мать демонстративно игнорирует все мои вопросы о тебе. Ты появилась словно из ниоткуда.
— Я не стану отвечать на этот вопрос. Я нанималась не к тебе, и ответ мне держать перед ней, а не перед тобой.
— Диана! — рычит он, и я испуганно замираю и ойкаю от новых ощущений.
Малыш в моем животе вдруг довольно сильно толкнулся.
— Что-то случилось? — во взгляде Эрнана неподдельное беспокойство.
