Никогда!
— Не твое дело, о чем мы разговаривали, — я вздергиваю подбородок и с гордостью встречаю его пылающий взгляд.
Наше дыхание смешивается. Ветер дует в спину, набрасывая волосы на лицо.
— Ева, — мое имя, слетевшее с губ мужа, взрывает какую-то бомбу внутри меня.
Таймер на ней так давно тикал, а кодовое слово привело механизм в действие.
— Что, Ева? — я толкаю Диму в грудь, но это не помогает сдвинуть его даже на миллиметр. — Я уже тридцать лет Ева. А ты со своими приказами можешь пойти в задницу!
Наблюдать за тем, как брови мужа взлетают, а глаза расширяются — настоящее удовольствие.
Жаль, что длится оно недолго. Буквально через мгновение передо мной снова появляется спокойный муж с нахмуренными бровями.
— Ты хоть понимаешь, что чуть не натворила? — Дима не двигается, я тоже.
Мои руки так и лежат на его груди, поэтому я решаю воспользоваться возможностью и изо всей силы бью Диму кулаком в грудь. Но для него это словно камушком по лбу получить, неприятно, но не смертельно. Он даже не моргает, когда я бью его снова.
— Ты истукан твердолобый! — заношу руку для очередного удара, но на этот раз он перехватывает ее. Вот только у меня же есть вторая, которая после очередного удара тоже оказывается в плену.
Дима прижимает обе мои руки к капоту джипа и наваливается на меня сверху.
— Ты хоть знаешь, какую сделку чуть не сорвала? — он впивается в меня взглядом. Его спокойный тон бесит еще больше. Дима словно с ребенком говорит, который нашкодил и теперь ему нужно объяснить, что тот сделал не так.
— Мне плевать, — я сдуваю волосы с лица. Взгляд мужа цепляется за мои губы, но решаю это проигнорировать. Есть куда более важные вещи, которы мне нужно до него донести. — Мне плевать на твои контракты. Мне плевать на твою работу. Мне плевать на тебя. Хватит! Я больше не буду твоей куклой, которой можно похвастаться перед друзьями, а потом поставить в шкаф до тех пор, пока она снова не понадобится вновь. Не буду играть роль идеальной жены перед шейхом. Ах да, еще не буду твоей игрушкой для сексуальных утех.
Как я понимаю, у тебя есть другие для этого дела.
— Думаешь? — бровь мужа взлетает вверх, а мой желудок скручивается.
— И к какому пункту относится твой вопрос? — голос дрожит против воли, но я ничего с этим поделать не могу.
То, как изменился взгляд мужа, о многом говорит. Он стал темнее, я бы даже сказала чернее.
— Проверим, готова ли ты отвечать за свои слова?
Я глотаю ртом воздух, когда Дима приближается ко мне.
