Он касается клитора и нажимает на него. По телу проносится волна дрожи. Не могу остановить протяжный стон.
Но это недостаточно. Нужно еще. Еще чуть-чуть.
На этот раз Дима слышит мои мольбы. Возможно, я произношу их вслух. Не уверена. Все, что я могу — двигаться навстречу его толчкам. Пытаться поймать разрядку, которая сковывает тело, и каждый раз ускользает… ускользает.
Все еще двигаясь во мне, Дима касается поврежденной ягодицы. Дрожь проноситься по телу, когда пальцы мужа скользят по своей метке, но не задерживаются.
Его касания легкие, едва ощутимые. Так сильно отличаются от жестких толчков внутри меня. Контраст добавляет огня. Теряюсь в удовольствии."
"Напрягаюсь, когда чувствую, как к поглаживаниям на клиторе добавляются поглаживания по тугому колечку. Замираю, но только до того момента, пока не чувствую очередной толчок. Ловлю ртом воздух, когда глубоким толчкам добавляются синхронные кружащие поглаживания. Очередное нажатие на клитор, вместе с двойным проникновением, уносит меня за грань.
Тело напрягается. Пожар внизу живота взрывается. Перед глазами темнеет.
Воздух не хочет проникать в легкие. Тело не слушается. Мелкая дрожь сотрясает его.
Дима хватает меня двумя руками за бедра. Вдалбливается в меня так сильно, так жестко, что я теряю себя в удовольствии. Ускоряется. Его движения становятся быстрыми, обрывистыми. Дыхание тяжелым. Пальцы впиваются в мое бедро.
Очередной толчок, и я чувствую тепло наполняющее меня изнутри.
Дима замирает, и только после этого я могу сделать вдох.
Но даже прийти в себя не успеваю, как Дима выходит из меня, приподнимает и пересаживает попой на капот. Шиплю и чувствую, как сперма стекает по бедрам, но лишь до того, как слышу его слова:
— Ты — моя, или будешь моей.
Мы смотрим друг другу в глаза, и я понимаю, что теперь сбежать будет еще сложнее. Даже не будь муж генералом, его жажда контроля и власти надо мной не даст мне покоя.
Трель телефона звучит оглушительно в тишине. Дима тянется к карману и не глядя отвечает:
— Слушаю.
Если бы я не была так близко, то вряд ли бы услышала мужской, немного взволнованный голос:
— Дмитрий Геннадьевич, тут девушка. Она говорит, что вы ее знаете и у нее важная информация для вас.
Глава 10
В машине тепло, даже несмотря на то, что на мне только пижама. Зато внутри меня самый настоящий холод. И мне в нем комфортно. Он не дает чувствовать. Не дает думать. Дарит пустоту.
Я могла в нем находиться, пока машина двигалась.
