Но ровно до того момента, пока я не понимаю, где нахожусь.
Одинокая кровать стоит посреди просторной комнаты с белыми стенами. В окно сбоку через жалюзи пробиваются свет, рисуя полосы не только на мне, прикрытую чем-то белым то ли покрывалом, то ли одеялом, но и на мониторе у кровати, от которого тянутся провода. Они прилеплены какими-то прищепками к моим пальцам, и до меня только сейчас доходит, что за писк не прекращает действовать на нервы.
На стене напротив висит телевизор, а под ним установили небольшой диван, на котором валяется смятый плед.
Рядом замечаю стол с двумя стульями в кожаной обивке.
Скольжу взглядом дальше: дверь, шкаф, еще одна дверь, прикроватная тумбочка, стакан, графин с водой…
Горло сводит сильнее, когда я замечаю воду.
Пытаюсь приподняться на локтях. У меня плохо получаются. Руки трясутся, и я снова падаю на кровать, но не сдаюсь. Пытаюсь дотянуться до стакана, но толком с кровати встать не получается, не то, чтобы заполучить желанную воду.
Дверь открывается, и в палату входит Дима.
Рукава рубашки закатаны до локтей, а обычно идеально выглаженные брюки помяты. Он тут же оценивает обстановку и широкими шагами идет ко мне. Я снова падаю на кровать и закрываю глаза — лишь бы не видеть его. Но как только чувствую прикосновение к голове, невольно снова открываю их. Дима пробирается рукой между подушкой и моей головой, чтобы помочь приподняться. Подносит стакан к мои губам и наклоняет его.
Хочу послать мужа куда подальше, сказать, что справлюсь сама, но горло, которое словно тисками сжимает, не дает мне поступить столь опрометчиво.
Поэтому я, как «послушная девочка», открываю рот. Пью маленькими глотками, но даже они жгут горло. Это не останавливает меня, пока я не осушаю стакан. Дима ставит его на тумбочку, отпускает меня и отходит.
Только сейчас замечаю, что он пришел не один. Низкорослый, немного побелевший, мужчина с проседью в блондинистых волосах и белом халате стоит у кровати и терпеливо ждет. Он бросает пугливый взгляд на мужа, и только получив кивок, приближается ко мне.
Врач осматривает меня, задает вопросы, что-то записывает. Но ничего внятного не говорит. Он постоянно оглядывается на Диму, который неотрывно наблюдает за каждым его движением. А когда я спрашиваю, что со мной, врач что-то мямлит про нервное перенапряжение, стресс и так далее. Внятный ответ до конца осмотра мне получить не удается.
Врач сбегает слишком быстро, бросив напоследок, что скоро пришлет медсестру поставить мне капельницу.
