— Я умоляла его сжалиться и послать за тобой, но он и слушать не стал! Сказал, что у меня три минуты, а потом он заберёт Ленарда, со мной или без меня. Времени не было, и я решила, что крохе-внуку я нужнее, чем взрослой дочке. Первый без меня пропадёт, а вторая выкарабкается, она у меня сильная.
На последних словах голос матушки дрожит. Накрываю её сухую горячую руку своей, оборачиваюсь растерянно:
— Мам? Ты чего, маам? — всматриваюсь в её лицо с влажными дорожками слёз, и всё внутри сжимается от жалости и чувства вины.
— Всё хорошо, эй! Правда, ну, чего ты? Я выкарабкалась, и мы со всем разберёмся, слышишь?
Мотает головой, не слушает меня, прячет лицо в ладонях.
— Прости, Софи, милая, прости, что уехала и бросила тебя там! Одну! Места себе не находила с той самой минуты. Добрались по воздуху, а как тут оказались, меня за дверь! Нянек гора, не нужна стала! А сердце так и болит! Рвёт душу! Как он там один? Хорошо, ты приехала! Не оставляй его, дочка, не оставляй!
Уфф, теперь уже у меня самой в носу начинает щипать.
От объятий матушки и её причитаний.
— Не оставлю, мам, успокойся, прошу!
Некоторое время стоим так, обнявшись, затем я мягко высвобождаюсь.
— Мне пора, мамочка, я поеду. Не переживай ни о чём, всё будет хорошо!
Пересекаю комнату, подхватываю на руки Ленарда, иду в коридор, незаметно вытирая влажные щёки.
Матушка семенит следом, всхлипывает. Распахивает шкаф в коридоре, чтобы подать мне зонтик и шляпку. Только сейчас замечаю кое-что новенькое.
— Это ещё что? — спрашиваю, заглядывая ей через плечо.
Провожу рукой по бархатистому белому с серым меху, висящему на вешалке.
— Ничего такого, — матушка оттесняет меня плечом, — старый жук прислал, только и всего. Подумаешь!
Подумаешь?! Шуба, как она и хотела! Но ругаться не хочется. Вздыхаю, обнимаю её на прощание и выхожу на крыльцо. В воздухе пахнет вечерней прохладой и дымком. Тихо шуршит серый гравий под каблучками.
Ленард зевает и пристраивает голову мне на плечо.
— Сейчас, мой маленький, приедем домой, и я тебя уложу.
А потом поговорю с твоим отцом…
Сажусь в экипаж с гербом Эварров, отметив про себя, что возница не сдвинулся с места и не помог открыть дверцу. Странно…
Едва откидываюсь на спинку сиденья, карета срывается с места, и меня буквально вдавливает назад. Да что же это такое? Нас непривычно заносит на поворотах, и скорость такая, что просто ух!
В конце концов, это уже не безопасно. Стучу ладонью в стенку кареты. Ноль реакции.
