— Ты совсем забросил свою девочку, — дует губки лучшая подруга, и всем телом подаётся вперёд.
Льнёт к руке моего мужа. Трётся о неё щекой."
"— Не начинай. Ты знаешь причину, — дракон лениво перебирает её рыжие волосы.
— Конечно, знаю! — в голосе Амары появляются капризные нотки. — Твоя жена!
— Она моя истинная и родит сильных сыновей, — в отличие от подруги муж спокоен и холоден. А может, всё дело в том, что речь обо мне. Со мной он всегда такой. Другим я его не знаю. — Как только Софи забеременеет, я отошлю её в фамильный замок.
Это брак по расчёту. С тобой всё иначе. Ты для любви.
Он подаётся вперёд, властно притягивает Амару за подбородок и целует. Медленно. Неторопливо.
Смотрит на неё нежно и ласково, так, как никогда не смотрел на меня.
Отступаю назад в темноту коридора. Сжимаю рукой дверной косяк, чтобы не упасть и кладу ладонь на пока ещё плоский живот. Думала, у нас любовь. Ошибалась.
Внутрь через всю комнату, запустить пальцы в ненавистные рыжие патлы предательницы, рвануть со всей силы, отшвыривая её прочь от мужа, который тоже хорош! А значит, повернуться к нему, размахнуться и со всей силы влепить пощёчину.
Звонко! Хлёстко! От души!
Один раз и второй!
Опрокинуть пустое кресло! Нет, швырнуть его прямо в камин! И орать раненым зверем, выпуская наружу всю ядовитую горечь измены! Кричать так, чтобы слышал весь дом! Чтобы все оглохли и прочувствовали ту боль, которую чувствую я! Которая рвёт на части сердце и душу!
Да! Именно так повела бы себя смелая, гордая и знающая себе цену женщина.
Не я.
Прислоняюсь затылком к холодной каменной стене. Поднимаю глаза в тонущий во мраке потолок. Глотаю солёные слёзы.
Отталкиваюсь от стены и, пошатываясь, бреду прочь. Я как раненый зверь, хочу забиться куда-нибудь подальше, в безопасное место, свернуться калачиком и умереть в тишине.
Не могу оставаться в этом доме. Дышать одним воздухом с… ними.
Ноги сами несут меня в прихожую. Прямо как есть, с непокрытой головой, без шляпки, выхожу на крыльцо. В груди печёт, и я не чувствую ничего, кроме того жара.
Всё будто не со мной. Как же хочется просто закрыть глаза, а проснувшись, понять, что это был лишь страшный сон. А моя сказка продолжается.
Но это не сон…
Прихожу в себя только когда экипаж останавливается у аккуратного особняка, отделанного золотистым песчаником. Толкаю кованую калитку, которая открывается с протяжным поскрипыванием. Бреду с поникшей головой мимо ровных клумб оранжевых бархатцев, высаженных вдоль дорожки.
