Я думала, что он уже ничего и не скажет, зашевелилась, чтобы уйти, но он вдруг прошептал:
— Рэй… — Флориан повернулся ко мне.
Его глаза были широко раскрыты, а на лице отразилось глубокое уныние. Мгновение — и он оказался рядом, стиснул мои ладони. Я смотрела на него с изумлением и боялась пошевелиться.
— Что такое? — спросила я, задыхаясь от волнения.
— Скажи, честно скажи! Почему ты ушла? Почему не согласилась на то, что я предложил? Разве тебя не устраивают положение и деньги? Это просто игра, чтобы получить больше?
Его слова сильно задели меня, и я накинулась на него:
— Как ты можешь так говорить? Я не ищу ничего этого! Может, это твоей Денизе нужны только статус и богатства? Спроси у неё.
Глаза Флориана сверкнули в темноте.
— Мы с ней не вместе. Давно.
«Не вместе? Давно?!»
— Не важно. — Я нетерпеливо покачала головой, но ворох похороненных чувств с новой силой охватил меня.
— Нет, важно! — воскликнул он и переплёл наши пальцы. Глубокий мягкий голос окутал меня.
— Если ты не лжёшь, значит, я совершил ошибку. — Его губы задрожали. — Страшную. Непозволительную. Обидную. И потерял тебя.
— Не знаю, чего ты добиваешься, но я хочу уйти. — Я попыталась встать, но Флориан только сильнее ухватил меня за руку.
— Прошу тебя, выслушай! Не уходи! — вырвалось у него. Флориана затрясло как в лихорадочном ознобе. Он хватал ртом воздух точно задыхался. Я смотрела на него во все глаза, не понимая, что с ним происходит. Флориан поднялся, беспокойно зашагал по комнате.
— Рэй, моя прекрасная, милая Рэй, вспомни, как мы познакомились. На том балу ты была такая застенчивая, искренняя. Вся светилась! Меня покорили твоя живость, свежесть. Не сомневайся, Аурелия, я влюбился в тебя сразу. — В его голосе было столько чувств, что меня бросило в жар. — И был уверен, что меня ты любишь также горячо. Но потом, потом… — Флориан развернулся и посмотрел так, словно я всадила ему в грудь клинок. Мне стало жутко. — После свадьбы ты стала воспринимать меня как должное.
Стала превращаться в мою мать, которая видела в семейной жизни лишь служение долгу. Вот и ты служила герцогу-дракону, а обо мне, живом человеке, забыла, — почти простонал он. — Разве не так, Рэй? Ты зациклилась на титуле, безупречности, правилах, ребёнке. Думала только об этом.
— Но ведь ребёнок нужен и тебе!
— Да знаю я! Знаю! — почти закричал он и схватился за голову. — Но прежде всего мне нужна была ты.
— Всё неправда.
