— Ну и что, — я мечтательно закатила глаза. — У нас ещё будет время. Не всем же везёт знать жениха с самого детства. Это тебе повезло, что твои и Стефана родители давние друзья.
Мелисса озадаченно смотрела на меня, а я счастливая танцевала в нашей комнате, сжимая в руках записочку, подписанную литерой «Р». Мой дракошка теперь всегда так подписывал свои послания ко мне, чтоб никто не догадался. Это для других он герцог, Его Светлость, Флориан. Для меня же он просто Риан, единственный и неповторимый. Ему нравилось, когда я его так называла, а вот на «дракошку» он обижался, хмурился и отворачивался.
А я смеялась — в такие минуты он меньше всего походил на грозного мага, а больше на капризного ребёнка.
Мы виделись только на балах и официальных приёмах, и то делали вид, что нас ничего не связывает, ограничивались одним танцем и взглядами украдкой. Сплетни о поведении Флориана на балу матери распространились со скоростью молнии, и дополненные слухами и догадками превратились в нечто невообразимое.
Каких только предположений не строили о том, кто пассия дракона. Я же оставалась в тени. О нашем секрете знали только Милли (я не могла утаить секрет от лучшей подруги) и герцогиня Даклид (и то только потому, что Флориану пришлось рассказать матери о своём интересе, чтобы от её имени позвать меня на тот бал-маскарад). У меня закрадывались сомнения, что директриса Лавана о чём-то догадывается, потому что она кидала на меня временами подозрительные взгляды. Но вопросов она не задавала.
Жажду общения мы с Рианом восполняли, присылая друг другу письма и записки. Лето выдалось для Флориана тяжёлым. Обстановка на границе с Эвермаром накалялась, и ему часто приходилось уезжать для решения дипломатических споров и улаживания конфликтов.
В записке, которую я держала в руке, Флориан назначил мне свидание. Обещал, что в указанное время меня у ворот приюта будет ждать экипаж, который отвезёт прямо к нему. Я была счастлива. Милли пыталась доказать, что неразумно отправляться неизвестно куда и доверять простой записке, по сути, малознакомого мужчины.
Но я не слушала, моё сердце пело и заглушало доводы Мелиссы. Это для неё он малознакомый, а мне казалось, что мы знакомы всю жизнь, будто все годы до первой встречи невидимая ниточка тянула нас друг другу сквозь время и пространство, а теперь всё больше и больше связывает крепким узлом.
— Дай-ка мне! — Милли забрала записку и быстро пробежала её глазами.
