Лина так обиделась, что не разговаривала со мной несколько дней, а потом призналась, чтобы типа я не смел примазываться к вашей семье, потому что это её мама и папа. Я тогда в шутку ляпнул, что типа папа может быть и новый.
Я шокировано приоткрыла рот и в непонимании уставилась на Женю.
— Тетя Варя, да не берите в голову. Я тогда тоже обиделся, потому что мне было неприятно, чего она так реагирует. Я же ничего плохого не делал. Я просто сказал, что хотел, чтобы у меня была такая мама, как у нее.
Я покачала головой, понимая, что имело место какое-то недоразумение.
Женя встал, собрал кружки со стола, поставил их в посудомойку, а потом, обернувшись,подмигнул.
— Теть Варь, а может на самом деле?
Я в не понимании вскинула брови.
— В смысле?
— НУ, как я понял по последнему разговору отца и дяди Олега, вы теперь свободная женщина. Чего нет, когда да! Папа у меня мужик хороший. А вы очень приятная женщина. Уверен, мы с вами поладим. Может, я замолвлю за вас словечко?
24.
Варвара
Я сдавленно закашлялась в непонимании, как правильно реагировать на эти слова Жени.
— Тетя Варя, да вы успокойтесь, — расслабленно выдохнул он. — Я просто это ляпнул как бы из грани нереального. Давайте будем честны.
Он тяжело вздохнул, развернулся к раковине и включил воду, споласкивая салфетку. Потом вернулся к столу и вытер его. И тоже ощущая некоторую неловкость, заговорил."
"— Понимаете, матери до меня дела нет никакого. Мы, конечно, общаемся, созваниваемся, но она то в командировках, то в отпусках и жизнь, короче, ну, такая себе у меня выходит.
А каждая новая отцовская пассия каким-то невозможным путём пытается со мной подружиться. И это не самое страшное. Страшнее, когда они начинают пытаться меня воспитывать, причём отец старается не знакомить нас, но эти ужихи как-то все равно пронюхивают. И на самом деле это дерьмово, потому что хочется чего-то нормального, хочется какого-то постоянства, а его нигде нет. Ну и, конечно, я всегда завидовал Лине, потому что, когда приезжал, вы были дома. Вы пекли кексы, ватрушки эти ваши с творогом.
Боже, ничего вкуснее не ел. И ну да, я завидовал.
Женя тяжело вздохнул, собрал оставшуюся посуду и пошёл к посудомойке.
— А ты с отцом говорил на эту тему? — тихо спросила я, не зная, как реагировать правильно в этой ситуации. Его слова очень сильно задевали. И хоть Женя и улыбался, было видно, что ему это все тяжело давалось.
— НУ зачем с ним об этом говорить? Зачем его расстраивать? Так хотя бы у него есть хоть какая-то личная жизнь.
