Наверное, с такими вежливыми улыбками они бы меня связали, засунули в рот кляп и закинули на заднее сидение.
— И я с вами не соглашусь, — первый бугай садится на переднее сидение, — видел я потасканных женщин и вы на них не похожи.
— Спасибо.
И все замолкаем. Машина мягко трогается с места, а я устало достаю крем из сумочки и неторопливо смазываю руки. Вот была у меня тихая жизнь с заботами только о доме, ноготочках, уюте и ужинах, а сейчас ни вдохнуть, ни выдохнуть. Всем что-то от меня надо, а стоило только выглянуть из-под крыла Артура.
— У нас хвост.
— Вижу.
— Мадемуазель, пристегнитесь.
— Простите? — перевожу взгляд с одного затылка на другой.
— Пристегнитесь пожалуйста.
Пристегиваюсь и вскрикиваю, когда машина резко уходит повороте вправо, и набирает скорость.
— Какого черта?!
— У нас хвост, — спокойно отвечает мне водитель, — надо от него оторваться.
В сумочке вибрирует телефон, и я его выхватываю дрожащей рукой.
— Вита! — орет Артур. — Куда тебя везут?! Тебя похитили?! Мне, что, приставить к тебе охрану?!
— К Кабанову везут! — рявкаю я и хватаюсь на очередном повороте.
— Зачем?!
— Вот у него и спроси! — повышаю голос. — И это твои за нами гонятся?! Отзови их! Я же боюсь большой скорости, а эти двое только рады погоне!
Гудки, и машина сбавляет скорость. Водитель самодовольно хмыкает:
— Оторвались."
"Я в ответ закатываю глаза. Мужики реально с другой планеты, и мозги у них совсем иначе работают. Через пять минут Артуру перезванивает и рычит в трубку:
— Это что еще за фокусы?!
— В каком смысле? — массирую переносицу.
— Это мой ребенок, Вита, — глухо урчит. — Мой!
— очень даже не факт, — едва сдерживаю смешок.
Гнетущее молчание, и я наслаждаюсь недоумением Артура.
— Так у тебя… с ним что-то было? — сдавленно интересуется он через минуту тишины.
— С кем конкретно?
Опять тишина, а закусываю губы, чтобы не сорваться на гогот. Давай, посиди на измене. Вдруг твои люди проморгали множество мужиков и наши тайные страстные встречи в подворотнях.
— Не дразни меня, Вита.
— Да в мыслях не было, — цокаю я.
— И это ничего не меняет.
— Да ты что? Будешь воспитывать чужого ребенка? — хмыкаю я.
— Буду, — зло шипит в ответ.
— И отвоюешь у меня у бандитов?
— Мы не бандиты, — недовольно вздыхают верзилы Кабанова.
— Пойдешь против Кабанова Старшего? — язвительно интересуюсь я. — Выйдешь на тропу войны?
— Выйду, Витаминка, — отвечает сердитым шепотом. — А Кабанова Младшего закопаю. Живьем. Ты — моя женщина, твой ребенок — мой.
