И тут я задаю тот вопрос, который обещал не задавать вслух:
— А кого ты любишь больше, маму или папу?
— Это плохой вопрос, — неожиданно сердито отвечает Денис.
— Почему?
— Я так чувствую.
Ева учит Дениса всегда прислушиваться к себе и если что-то не нравится об этом прямо говорить и не юлить. В детском саду не раз удивлялись, какой наш карапуз серьезный и открытый мальчик, который умеет выстраивать вокруг себя границы. И это заслуга моей жены, которая может потратить часы на разговоры с ребенком, как со взрослым.
Она и у меня требует никогда не принижать волнения сына из-за его возраста.
Даже если он обидится на воробья, который улетит от него и не пожелает подружиться, то Ева не отмахнется от сына, а внимательно выслушает, почему птичка должна была остаться и объяснить, почему она не осталась. И вот, сегодня я долго рассказывал Денису, почему мы не можем поймать дикую белочку и принести домой. К концу моей лекции у меня глаз дергался, а теща дико мной восхищалась.
— Согласен, вопрос и правда нехороший, — устало вздыхаю, — извини.
— Я спать, — соскакивает со стула, — а ты маму жди. И какао ей сделай.
Подходит, опять минуту рассматривает мое лицо и хмурится:
— Больно?
— Да.
— Если хочется поплакать, то можно поплакать. Всем можно плакать, даже тебе.
И обнимает. И с такой, знаете ли, мужской поддержкой похлопывает меня и говорит:
— Девочки иногда бывают вредными.
— Да, — глухо отвечаю я, и меня от макушки до пят пронзает раскаленное копье вины перед сыном, женой.
На несколько долгих секунд я теряюсь, дыхание сбивается.
И в голове вспыхивает вопрос “как я мог?!”.
— Хочешь поговорить? — Денис отстраняется.
Этот вопрос ему задает Ева, когда он грустит или злиться. Передо мной стоит маленький человек, который уловил во мне панику.
— Я рядом, — повторяет он слова Евы, а я лишь в ужасе моргаю. — Па…
— Я провинился перед твоей мамой… — шепчу я. — Очень серьезно провинился.
Денис хмурится и взбирается на соседний стул:
— Что ты сделал?
— Вот твоя Даша поцеловала Егора, да? — я осторожно подбираю слова.
— И, получается, поцеловал другую женщину… По-взрослому поцеловал.
Вот черт. Какой неудобный и сложный разговор, который касается очень непростой темы, которую надо подать правильно пятилетнему ребенку.
— И в одной кровати спали…
— Это плохо, — резюмирует Денис. — А мама знает?
— Я прятался от твоей мамы, — сцепляю ладони на столешнице в замок.
— Мама будет злиться, — шепчет Денис и добавляет, — и я тоже злюсь.
