Когда она убежала, а Юра встал с усталым вздохом и оправил пиджак за лацканы в намерении образумить племянницу, я сказал:
— Как грациозно она снесла на своем пути кресло.
Юра тогда оглянулся, прищурился и хмыкнул. Вот та нить, за которую он ухватился. А я правда был удивлен, как такая хрупкая и миниатюрная девица за несколько секунд превратилась в фурию без тормозов и без стремления показать себя с лучшей стороны. Назови ее тогда истеричкой или дурой, вряд ли бы сейчас сидел у кроватки с Соней, которая сосредоточенно сосет большой палец и смотрит на меня своими огромными, как у мамы, глазами.
Заметив мой взгляд, она агукает и улыбается, будто спрашивает “чего ты загрузился, папуль?”.
— Она, что, до сих пор не спит? — обеспокоенно интересуется Вика."
"На секунду мне становится совестно, что я не справился с простой задачей усыпить дочь. Что же я за отец такой, однако меня все же радует, что она хотя бы не плачет. Если бы были еще и слезы с криками, то мое отцовское эго точно оказалось посрамлено.
— Нет.
— Почему?
— Почему ты не спишь? — задаю тихий вопрос Соне, а она фыркает и отворачивается, дернув ножками. — Если я ее правильно понял, то она сама решит, когда ей спать.
Напряженное молчание на несколько секунд, и тихий ответ с открытой, но ласковой угрозой, от которой у меня от затылка до копчика пробегает волна мурашек:
— Ну, мы это еще посмотрим.
Глава 54. Прости меня
— Погоди минутку, — Вика зевает, — мне надо найти свое секретное оружие на такие случаи.
— На какие?
— Когда Соня просто лежит и не спит из-за упрямства, — сердито бурчит Вика.
— Может, ее оставить, и она заснет?
— Будет орать, — печально вздыхает и ее голос становится монотонным. — Лекция номер шесть, часть вторая философская мысль эллинистической эпохи…
— Что? — охаю я, а Соня замирает в кровати и вытаскивает изо рта большой палец.
— Мы остановились на том, что Эпикур основал школу в Афинах и назвал ее Садом, — Вика игнорирует мой вопрос.
Зачитывает ровным голосом лекцию об Эпикуре, его учениках, школе и вопросах, которые они поднимали, и Соня вырубается буквально через пару минут.
— Заснула, да? — шепотом спрашивает Вика.
— Да, — удивленно отвечаю я.
— Как обычно, хватило только на пару абзацев, — с небольшим разочарованием отзывается Вика, — мы так с ней курс философии пройдем к ее совершеннолетию. И обидно, при истериках это не работает.
А у меня сердце плавится от ее голоса.
