Я никогда не понимала фразу “растаять от мужчины” и лишится на несколько секунд всех когнитивных функций.
— Согласна?
Ухо плавится под его шепотом, который пронизывает мое сознание шелковыми нитями.
— Да… — выдыхаю я, не осознавая своего ответа.
Пробегает пальцами по щеке и на выдохе, который я вдыхаю, касается моих губ в легком поцелуе. Время останавливается, столовая исчезает, сердце пропускает удар и по телу прокатывается волна мурашек.
Поддевает кончиком языка верхнюю губу, и я готова упасть в обморок от жара, что накрывает меня.
Этот мощный поток бежит по всему телу и уходит вниз живота, где сворачивается в тугую пружину. Не хочу, чтобы поцелуй обрывался, но реальность жестока.
Валерий отстраняется, мягко сжимает мой подбородок и улыбается:
— Хорошего тебе дня.
— И тебе…
Разворачивается и шагает прочь, а я хочу еще одного поцелуя, потому что мне мало. И можно объятий еще добавить, тихого шепота и ладоней на голой коже. Непроизвольно свожу колени вместе и крепко сжимаю их в желании хоть немного унять требовательный жар под юбкой.
Я ничего подобного не испытывала прежде, и шокирована тем, что я могу быть подвластна тому, о чем говорят шепотом и глупо хихикают.
Валерий выходит из столовой, а срываюсь с места на кухню. Врываюсь к кастрюлям и тарелкам, и Инга замирает у духовки с противнем в руках. Наливаю в стакан воды из графина и залпом осушаю его, пытаясь потушить в себе угольки неконтролируемого желания. Опираюсь о стол кулаками и тяжело дышу, глядя на лужицу воды у графина.
— Вы в порядке?
— Я этот вопрос в последнее время очень часто слышу, — медленно моргаю.
Дыхание выравнивается, и выныриваю из слабости и растерянности. Возможно, Валерий прав. Мне надо к специалисту, чтобы хотя бы за деньги с кем-то поговорить о ситуации, в которой я внезапно очнулась. И как было, оказывается, просто, когда я отстранилась от всего мира и ушла под ледяной панцирь. Какого черта я решила нос свой высунуть, зубки-то оскалить и обратить на себя внимание?
— Прости, что напугала, — улыбаюсь Инге и покидаю кухню.
Подхватываю телефон со стола, сажусь и набираю дядю. Вслушиваюсь в гудки, поглаживая колено.
— Да, Викусь?"
"— У меня есть вопрос на засыпку.
— Слушаю, — голос дяди становится тверже.
— Ты понял, что я влюбилась в Валерия?
— Да, — коротко отвечает и хмыкает.
— Серьезно?! — возмущенно охаю я. — А почему мне не сказал?
— А что бы ты мне ответила?
— Что ты идиот, — подпираю лицо кулаком.
