Измена. Тонкая грань

Не переживай о ерунде! – предложила Карин, и я был ей страшно благодарен за это.

Ненавижу выяснение отношений!

Пятая глава

Когда я влетела в дом, Кирилл сидел внизу лестницы, что вела на второй этаж. Он был бледный как стена и держался за ногу. По лицу текли непроизвольные слёзы. Рядом с ним восседали обе девчонки и тоже рыдали в три ручья.

– Что произошло? – я упала на колени рядом с детьми.

– Маришка, вызывай скорую, – спокойно сказал жене зашедший следом за мной Иван, а сам уселся рядом с нами.

– Кир, потерпи, герой! Не шевелись! Сейчас подъедут врачи, и всё будет хорошо.

Ты только не паникуй! Все когда-нибудь себе что-нибудь ломали. Бывает. Заживёт, терпи! – говорил с Киром Ваня, пока я утешала девчонок, пытаясь от них добиться, что же произошло в домике, когда нас не было.

Янка прижалась ко мне и икала от слёз, а Вероничка немного успокоилась и тоже прижималась с обнимашками с другой стороны.

Меня потряхивало в унисон с девочками, но нужно всех утешить, и я старалась говорить спокойно и уверенно.

О том, что всё закончилось и ничего непоправимого не случилось. Что скоро приедет скорая помощь. Настоящая с мигалками. В общем, несла успокаивающий бред.

Вначале в домик прибежала фельдшер с турбазы. Она наложила Киру на ногу шину, и, пока возились, приехала скорая.

Видя, как Кира грузят на носилки, я влетела словно оглашенная в комнату, схватила сумку с деньгами и документами. Скатилась, спотыкаясь, по ступеням вниз, сама чуть не падая, зацепила Янку на руки и, бросив все вещи, поехала вместе с сыном в больницу.

Врач пыталась мне что–то сказать, но куда там! Я, не слушая ничего, уже взгромоздилась внутрь машины скорой помощи.

Иван, прыгнув в свой автомобиль, поехал следом за нами. Чтобы помочь, если что. А Маришка осталась на базе собирать вещи и утешать Веронику.

Отдохнули! Расслабились! Ехала в тряской машине, сидя на откидном стуле рядом с лежащим на носилках сыном, смотрела на его бледное лицо и упрямо сжатые губы, и винила себя.

Как я могла так забыться? Как всегда, всё время, когда вроде бы дети на глазах, всё нормально.

Но стоит на десять минут оставить их одних, и обязательно что-то случается! Я ведь чувствовала, видела, как расстроился Кирилл.

Нужно было вначале спустить детей вниз, чтобы были на глазах, а потом говорить с друзьями. Тоже мне, мать года!

Янка крутилась на руках. Ей было всё страшно интересно. Но строгая тётя-врач и напряжённая атмосфера внутри скорой сдерживали порывы моей дочери задать свою тысячу вопросов.