Кажется, с тем количеством денег ему уже неинтересно ставить мир раком, а вот жену… оказывается, недостаточно я раком стояла. Хоть и стояла раком, но не так, и давала, оказывается, не туда.
Опять эта едкая желчь… Изжога подкатывает…
Третья прервавшаяся беременность у меня началась не с токсикоза, а с изжоги. Я не могла есть привычные продукты, они все у меня давали изжогу, и я мучилась зверским аппетитом и невозможностью покушать утром.
И стоило только чуть-чуть перенервничать, как мне в глотку выплескивалась едкая горечь.
Точь-в-точь как сейчас.
Это отрезвляет и… заставляет сердце сжаться от страха.
Перед глазами темнеет до звездочек: что, если снова… выкидыш?!
Симптомы…
Нет-нет, рано думать о таком, Лиза. Просто рано… Это простая дурацкая изжога, больше ничего!
Решай, куда ехать.
Вариант поехать к маме я даже не рассматривала. Сразу же отмела.
Во-первых, потому что с ночевкой у бабушки младшая дочь, Стеша. Не хочется пугать и вводить в курс проблем еще и младшенькую…
Плюс мама… Моя мама, которая в самом начале кривила нос и была против моего брака с нищебродом, сыном алкоголика и носителем дурных генов, теперь чуть ли бы не книксен делает в присутствии Влада.
И больше никаких криков, как раньше:
— Кого ты родишь от сына алкаша? Больных детишек захотела? Не вздумай… принести мне в подоле от этой рвани. Гены — страшная вещь!
Не к дочери и не к маме.
Есть подруги, но… с годами дружба тоже трансформируется.
Или просто меняемся мы сами? И в том круге, где мы сейчас вращаемся с Владом, так мало настоящих друзей и подруг, что хоть плачь, и я, действительно, начинаю плакать тихонько.
От понимания: есть Тоня, Луиза и Снежана. Жены Михаила, Артура и Николая, соответственно… Есть много статусных женщин всех прочих приятелей мужа, их уже никто не называет устаревшим понятием «гражданская жена».
Есть много тех, с которыми можно посетовать за кофейной чашкой о неудачной укладке или затянувшемся ремонте, еще больше тех, с которыми за бокалом мартини можно обсасывать косточки всех прочих наших знакомых, но… нет среди них не одной, к которой можно было ввалиться поздним вечером, почти ночью, с разбитой рукой и полным ощущением пустоты в груди.
Вот такая стала наша жизнь с Владом — сплошной красивый фантик, за которым нет ничего стоящего...
— Девушка, вы так не убивайтесь. Если деньги имеются, можно же и в гостинице заночевать? Или что-то серьезное случилось? Умер кто-то?
Пожалуй, только вера в любовь и... немного в самых близких.
