Почему так холодно? У свекрови балкон открыт?
Я ёжусь. Сжимаю пальцы одной руки на рукаве пальто, чтобы ощутить тепло, но не помогает…
— Ты знаешь, — её узкие губы поджимаются. — Вы такие странные. Сначала Макар звонит и говорит, чтобы я не отдавала тебе ключи, потом ты приезжаешь…
Меня словно в пропасть бросили. Я хотела завизжать, крикнуть, зареветь. Я не хочу сейчас видеть мужа. Я не могу! Он плохой! От него мне больно!"
"Слева в рёбрах что-то защемило. Я медленно опустила руку и потёрла бок, стараясь разогнать сгусток боли.
— Мы разберёмся, — призналась я, хотя ни черта мы не разберёмся. Я даже пытаться не хочу. Мне так больно, что это всё кажется нереальным, сюрреалистичным, как рисованный мультик, где персонажи замирают в середине сцены.
— Что у вас случилось? — с таким участием снова спрашивает Мария Львовна, что слова у меня вылетают раньше, чем я осознаю, кому и что говорю.
— Ваш сын мне изменяет.
На этот раз стального обруча на горле нет, и я целиком смогла произнести фразу.
Но от этого она ядовитее быть не перестала.
В глазах свекрови просквозило порицание. Недовольство. И оно коснулось меня, подмечая и несвежий макияж, и одежду запачканную, и мои нервные отрывистые движения.
И её контрольный в голову.
Шаг до эшафота.
Удар, что совсем лишает меня сил.
— Ну ещё бы, это ведь ты его вынудила.
Где-то в аду
Глава 7
— А что ты думаешь? — вызверилась свекровь, растягивая слова.
— Ты когда последний раз обед ему готовила? Все доставки да рестораны…
Её голос звучал каким-то фоновым шумом. Я заворожённо следила за связкой ключей, что звенела в её пальцах. Это последнее и доступное, что оставалось мне. Всё моё окружение найдёт три сотни оправданий неверности Макара, обвинив во всём меня. И сейчас был новый виток моей бракованности как жены.
— А время? Ты ведь постоянно на своих курсах. То совершенствуешься, то учишься. Макар просто не видит тебя…
Он никогда не был одинок.
И, мне казалось, ему интересны мои увлечения. Он сам же всегда предлагал попробовать мне что-то новое…
В горле застрял истеричный смех.
Конечно, предлагал, но, видимо, я не умею понимать намёки, либо он просто освобождал время для любовниц, отвлекая меня.
Сердце трепыхалось, слёзы горячими ручьями потекли по щекам, и соль их чудовищно разъедала кожу.
— Или вот ты даже не интересуешься его жизнью.
