Любовь прошла, завяли помидоры, одна сухая ботва осталась, Глебушка.
— Любишь!
— Ненавижу!
— Любишь!
— Иди ты!
— Любишь! — уже ухахатываюсь и продолжаю её сердить.
— Хуюбишь!
— Воу! Белова!
— Что?
Набираю полную грудь воздуха и вместе с выдохом, кричу на всю округу:
— Люблю тебя Белова моя!
Янка пугливо вжимает голову и быстро оглядывается по сторонам, а затем толкает меня в грудь и злобно шипит:
— Ты с ума сошёл? Не кричи так, там же ещё домики есть. А вдруг люди услышат!
— Ага, а ещё белки, волки и медведи!
— Дурак! — косится на меня, а затем выдаёт маленькую улыбочку.
И знаете что? От этой улыбки сейчас я стал самым счастливым человеком на земле. Подхватываю на руки и кружу её. Останавливаюсь. Ставлю на ноги. Впиваюсь ей в губы. Пью её. Жадно, нагло и пошло поглощаю. Хаотично шарю руками по нереально шелковистой коже ее тела. Рву вверх подол юбки, задираю рубашку. Прижимаю к себе.
— А-ах, Глеб… — со стоном скулит.
— Угу, Яночка, вот так ты сносишь мне крышу, — показываю взглядом вниз, намекая на стояк, который скоро сквозь штаны прорвётся.
— Может, ну его, этот закат?
— Н-нет, — пыхтит она.
Хочет же сама, вижу. Но упрямая. Тащу рукой вдоль тела, спускаюсь вниз, веду к внутренней стороне бедра, ныряю под краешек её трусов. Мокрая.
— У кого-то сок любви потёк. А ты мне тут лечишь…
— Миронов! — рявкает и снова заставляет меня засмеяться.
— Видишь у берега качели?
— Да, — и тут, Яна понимает всё правильно, становясь в секунду пунцово-красной.
— Ну что, полетаем?
Глава 33
Яна
Я окончательно поехала кукушкой, иначе как назвать то, что в данный момент Глеб сидит на огромных деревянных качелях, на которых может уместиться человека четыре, не меньше, а сверху сижу я.
Да! Бесстыдно, развратно, сама толкаюсь, насаживаясь на его член. И с каждым таким толчком качели приходят в движение и раскачиваются.
— Ян, смотри, смотри, там медведь вышел из леса и в шоке смотрит на нас! — ржёт надо мной.
— Идиот! Ты в курсе, что люди твоего возраста ведут себя более серьёзно? Ты вообще взрослеть не планируешь?
— Я только с тобой такой, и да, если с тобой, то не планирую взрослеть.
Будем жить вечно, — бодро отбивает. — А ты прыгай давай, не отвлекайся.
Издевается? Ну ничего, я тоже могу. Посмотрим, кто кого. Медленно приподнимаюсь, а затем опускаюсь на член Миронова до упора, он охает и блаженно откидывает голову назад, повторяю это ещё раз, и ещё, и ещё.
— Ян, пожалуйста… завязывай мучать, — хрипит он.
