С ним все как в первый раз.
Даже этот безобидный ужин вызывает во мне целый шквал разных эмоций!
Я разговариваю с новым мужчиной, слышу его аромат, улавливаю каждую ноту в голосе. И мне не надоедает смотреть на Давида, отслеживать его жесты, привычки. Мысленно заверять себя, что это нормально — строить новую жизнь.
Хотя, признаться, какие-то остаточные таракашки в голове пытаются испортить мне настроение, нашептывая сомнения насчет бескорыстных целей Расулова.
А некоторые вообще приравнивают меня едва ли не падшей женщине.
Ведь как я могу сейчас наслаждаться обществом Давида, когда Тимофей где-то еще ходит и дышит?! Он хоть и подлец, но раз я его жена, то не должна подпускать к себе других мужчин и даже смотреть в их сторону.
А третьи мысли самые безнадежные — утверждающие, что все мужчины козлы. Никому больше нельзя доверять. Если с кем-то сойдусь опять, то меня снова предадут и изменят.
Я понимаю, что это бредовые и разрушающие мысли, поэтому стараюсь с ними бороться, но сделать это по щелчку пальцев, к сожалению, не получается.
— Если честно, Давид, меня слегка удивило твое приглашение. Не пойми меня превратно, но ты виделся мне таким холодным… Казалось, что я тебя напрягаю.
— Да нет. Вел себя в пределах разумного. Я же не знал, что ты свободна. Для меня девушка, которая находится в отношениях — табу. Я бы с такой связываться не стал, — отвечает сухо.
Подумалось, что Давиду есть что сказать на этот счет, но сейчас открывать передо мной душу он не хочет.
Через минут десять к нам подходит приветливый официант.
Расулов выбирает много блюд, а я вспоминаю второе требование Кирияновой…
Когда официант уходит, Давид облокачивается на стол, чтобы стать еще чуточку ближе ко мне.
— Ты будто удивлена до сих пор.
— Жизнь многогранна. Всегда есть чему удивляться.
Расулову приносят метровый, ароматный, только что снятый с углей шашлык, салат, несколько видов хачапури. Большой графин с морсом. А мне пресный салат с томатами и рукколой и стакан негазированной воды.
— Хочешь кусочек? — предлагает Давид.
Осторожно сглатываю. Только собираюсь согласиться, как мысленно всплывает строгое лицо Кирияновой, которая грозит мне пальцем.
— Нет, спасибо. Я не очень голодна, — опускаю взгляд в тарелку. Поддеваю вилкой листик рукколы и пытаюсь убедить себя, что она тоже вкусная. — Обожаю рукколу. Ела бы ее и ела…
Официант возвращается и приносит остальную часть заказа, которую выбрал Давид.
Стол накрыт щедро.
