Очень сильно хочу.
Слишком больно и обидно снова чувствовать себя разбитой, обманутой и преданной.
— Ну, ты же расстроена и плачешь, — Лера спускает кота на пол, а сама начинает обнимать меня.
Моя крошка…
Собираюсь с мыслями и пробую сформулировать что-нибудь утешительное. И не слишком глупое:
— Я думаю это от неожиданности. Сейчас приду в себя, проанализирую эту давнюю горькую историю, которую старалась изо всех сил забыть, разложу ее по полочкам, да и отпущу чертям.
Лера смотрит с каким-то болезненным любопытством:
— А как же отец Арсения?
Да уж.
Отец Арсения.
Не было печали.
Не о таком потенциальном свате я мечтала.
— А что с ним? Отец Арсения так же как и был предыдущие двадцать пять лет — сам по себе, он не имеет ко мне никакого отношения. Давно.
— Мам, но Арсений реально ненавидит эту папину несчастную любовь.
Ох, вот же досадная неприятность, да.
Мальчик так и не вырос из детских обид?
— Девочка моя, если Арсению так необходимо кого-то ненавидеть, то он, безусловно, может продолжать это делать, но разумных поводов у него нет.
Его отец не вернулся к «несчастной любви» уйдя из семьи, и наверняка все эти годы не был одинок. Почему у Арсения тогда претензии к той «девочке из прошлого»?
Переглядываемся грустно, дружно пожимаем плечами и смотрим с пониманием.
Моя дочь будто бы повзрослела за этот разговор на несколько лет:
— Я думаю, что он привык так жить и такое думать.
Возможно, его мама говорила, что вот если бы не тот случай, то папа был бы с ними. Скорее всего что-то такое было не раз. Ну, ещё ты же знаешь и пишешь в своих книжках, каких гадостей брошенные женщины могут про оставивших их мужей рассказать детям?
Вздыхаю:
— Это я, конечно, знаю и поведать на эту тему могу ужасов приличное количество, но, мне казалось, сама я смогла подобного избежать?
— Не, мам, тут без вопросов. Мы с Котом решили, что ты вообще святая мученица.
Ведь про отца ни разу никакой дряни не сказала, хотя он и заслужил.
Вот я молодец, а?
Аж гордость за себя берет.
— Да и ладно. Роман Николаевич пусть живёт счастливо и Сергей Владимирович тоже, — а, гулять так гулять.
Хмыкнула:
— И Игоря пусть обязательно с собой возьмут. В светлое будущее.
Валерия не была бы моей дочерью, если бы не уточнила:
— Только без тебя?
— Только без меня.
