Платон Александрович в ответ поморщился, будто встретился с чем-то неприятным, и недовольно процедил:
— Еще раз напоминаю вам, Павла Сергеевна, что ваш внешний вид — это лицо моей фирмы. Моего бизнеса. И я хочу, чтобы это лицо выглядело привлекательно. Поэтому сейчас вы прекращаете разыгрывать из себя непорочную девицу, к которой заезжий купец без спроса лезет под юбку.
Вместо этого вы подойдете к выбору одежды со всей ответственностью, которую я надеюсь видеть в своем помощнике. На работе вам следует работать.
В оскорбленную гордость сможете поиграть в свободное время. И с кем-нибудь другим.
С этими словами он спокойно уселся в свое кресло, и позвал Амалию. А я осталась стоять, кусая губы и попеременно то краснея, то бледнея от бешенства и накатившей обиды. И больше всего желая швырнуть эти тряпки хаму в лицо. А потом повернуться и гордо уйти, хлопнув дверью.
Конечно, ничего подобного я не сделала. Молча ушла в примерочную и принялась снимать жемчужно-серое платье, чтобы влезть в следующий наряд.
Пару слезинок, выкатившихся из моих глаз, я записала в длинный перечень своих претензий к бывшему мужу, по вине которого оказалась вынуждена терпеть сегодняшнее унижение.
Пообещав, что однажды спрошу с бывшего за все, а за сегодняшнее особенно, я отдернула шторку и снова вышла под непроницаемый взгляд своего босса. Не проявляя ни одной эмоции, он принялся рассматривать нас с костюмом, словно мы были экспонатами энтомологического музея, а он тем самым ученым, с которым я уже не раз его сравнивала.
— Это можно оставить, — наконец вынес вердикт. И очень-очень вежливо добавил: — Конечно, если вам это нравится, уважаемая Павла Сергеевна.
— Главное, чтобы мой внешний вид соответствовал моему нынешнему статусу и нравился работодателю. Так то, я могу даже робу сталевара примерить, — голосом пай-девочки пропела я и похлопала ресничками в сторону шефа.
— Мне нравится, когда вы такая послушная, Павла Сергеевна, — карие глаза вдруг весело сверкнули.
— Главное, чтобы послушав, вы опять не взялись за старое.
— Если своими словами вы хотели испортить мне настроение, Платон Александрович, то зря старались — с этим я и сама отлично справляюсь, — огрызнулась я в ответ.
Минут через сорок, все так же перекидываясь колкостями, мы отобрали мне ещё три офисных костюма, пару деловых платьев и одно коктейльное. На всякий случай, как выразился мой душка-шеф.
