Муж мог спокойно отказаться от близости. Может, это со временем приходит? Насыщение? Не знаю, но и такого желания дикого у нас с Антоном не было. Никогда. Такое ни с чем нельзя спутать.
– Ты слишком громко думаешь, – целует меня в кончик носа и снова притягивает к себе.
Он мокрый, но это ни капельки не противно. Я обнимаю его, обвиваю ногами. Целую лицо, губы, колючие щеки, глаза, виски. Слизываю капельку пота.
– Детка, – хрипит, – ты нарываешься еще на один заход.
– Еще? – удивляюсь, разглядывая его.
– Угу. Ты слишком вкусная.
Очень хочется залезть в твою голову, но я буду рад, если ты сама поделишься своими мыслями.
– Я не знаю, – пожимаю плечами, провожу пальцами по его груди. Тут надпись от плеча до плеча с птичками. На плече большой черный крест, надписи, облака, птички и большие крылья. Все это так гармонично. А еще у него сильные руки. Жгуты вен под кожей, красивые по-мужски пальцы. – Ты красивый, – шепчу, возвращая взгляд к его глазам. – Совсем другой, не такой, как о тебе говорят.
– Ха, – усмехается.
– И что же обо мне говорят? – проводит рукой по моей груди, задевая пальцами соски, которые тут же твердеют.
– Мне говорили с тобой не связываться, – пальцами провожу по боку, тут изображен ловец снов. – Намекали, что у тебя дурная репутация, поматросишь и бросишь.
– И что ты думаешь?
– Мне все равно, – выдыхаю. – Все равно, что будет потом. Сейчас мне слишком хорошо, чтобы от этого отказываться.
– Иди ко мне, – притягивает, прижимая к себе.
А я утыкаюсь носом ему в шею и, вдохнув, закрываю глаза.
Мы засыпаем на пару часов. Просыпаемся и снова занимаемся сексом. А потом идем в душ. Там долго нежимся под струями воды, обнимаемся, целуемся. Мне так хорошо, что не передать словами.
– Забирайся в постель, я сейчас приготовлю чего-нибудь перекусить, – отправляет меня в кровать.
– Я помогу.
– Если ты будешь рядом крутить своей шикарной попкой, то мы рискуем остаться сегодня голодными, – говорит так серьезно, что я не выдерживаю и смеюсь."
"– Это, между прочим, не смешно, – грозит пальцем.
– Только представь, что можно сделать на этом столе, – смотрит на меня.
Мои щеки вспыхивают. И я забираюсь под одеяло.
– Умница, – хмыкает и принимается за готовку.
Наблюдать за тем, как парень готовит – это отдельный кайф. Он абсолютно голый. Я не могу отвести от его широкой спины взгляд. А его ягодицы… боже…
Я каждый раз сравниваю его с Антоном. И каждый раз себя ругаю за это. Тут и сравнивать нечего. Вадик выигрывает по всем фронтам.
