Метательные рычаги онагров теперь были отведены назад достаточно далеко, чтобы расчет мог загрузить следующий камень в большую канавку, проходящую вдоль ложа метательной машины. Макрон остановился, чтобы посмотреть. Командир расчета подождал, пока валун шириной около 30 см не будет надежно закреплен. Затем он крикнул: - Отойди! Готовься к стрельбе!
Легионер, стоявший рядом с рычагом для освобождения храповика, прикрепил небольшой железный крюк к концу веревки и присоединился к своему товарищу, готовый к приказу выпустить метательный снаряд.
Опцион огляделся, чтобы убедиться, что каждый человек в его команде находится на безопасном расстоянии от онагра, и затем рявкнул. - Спускай!
Двое мужчин хмыкнули, дернув за веревку, потянув вверх храповик, и тут же метательный рычаг рванулся вперед. Камень выскочил из оружия и взлетел в небо. Макрон прикрыл глаза, чтобы наблюдать, как он замедлился на вершине своей траектории, а затем нырнул к стене, ударившись по трем курсам ниже неровного открытого пространства, где верхние части уже обрушились.
Удар вызвал взрыв пыли и снега, а затем небольшая лавина камней и меньших осколков упала на обломки у подножия стены.
Макрон одобрительно кивнул, затем опустил руку и подошел к смотровой площадке в углу батареи. Наблюдая за происходящим и постукивая своим витисом о наголенники, стоял Тортилл, центурион, которому было поручено командовать осадной батареей.
- Похоже, остальное оружие будет скоро готово, - сказал Макрон, поднимаясь по короткой лестнице, и указал на людей, которые трудились над рамами, рычагами и торсионными механизмами других шести онагров.
Тортилл кивнул. - С такими темпами они будут готовы к закату. Должно было быть готово к полудню, но работа идет медленнее, чем мне хотелось бы.
- Проблемы?
- Ни разу с тех пор, как получили немного подбадривания от Лукреции. - Он поднял витис. - Они знают, что она олицетворяет собой работу. Но я должен постоянно за ними следить.
В тот момент, когда они думают, что я не смотрю, они начинают расслабляться.
Макрон осмотрел батарею изнутри, наблюдая за людьми за работой. Опытному глазу было ясно, что многие из них делали не больше, чем просто выполняли движения; без энтузиазма размахивая молотками или медленно перенося бревна и инструменты взад и вперед. Голод мог их ослабить, но дело было не только в этом. Они вели себя как рабы, а не солдаты.
- Зайнимай их делом, Тортилл.
