Держи их достаточно занятыми, чтобы не создавать проблем, а?
Они обменялись настороженными взглядами, и Тортилл кивнул. - Слишком верно.
Макрон повернулся и посмотрел через частокол в сторону Тапсиса. Подъездные траншеи были закончены, и группы из местных реквизированных жителей работали, вычищая из них снег и укладывая его на защитные уступы, обращенные к городу. Неизбежно часть земли попадала вместе со снегом, и теперь зигзаг уступов был обозначен как пятнышки сажи на белом фоне. За защитными щитами в конце траншей была полоса открытого грунта не более чем в тридцати шагах от рва перед городской стеной.
Макрон увидел, что онагр уже нанес значительный ущерб. Ниже уже пробитого участка виднелись трещины даже на расстоянии почти трехсот шагов. Обломки заполнили канаву, и к тому времени, когда появится фактически проходимая брешь, люди, атакующие город, смогут без особых трудностей пробраться сквозь нее. Защитники могли предпринять жесткую оборону, но они не продержались бы долго против людей легионов, особенно людей, движимых голодом и желанием прекратить осаду как можно быстрее и безжалостнее.
Он остался смотреть, как следующий выстрел поразит стену, затем повернулся к Тортиллу. - Очень хорошо. Держи их в этом темпе. Я хочу, чтобы последний онагр был собран и задействован до наступления темноты. Скажи парням, что я куплю им всем вина, если они это сделают. Если нет, то они получат пару лишних нарядов в латрины. Это должно сработать.
Тортилл ухмыльнулся. - Когда солдат не работал усерднее из-за перспективы бесплатной выпивки? И я позабочусь о том, чтобы Лукреция помогла донести суть дела."
"- Может быть, мы избавим Лукрецию от забот и позволим вину говорить взамен, а? - задумчиво предположил Макрон, глядя на центуриона достаточно долго, чтобы убедиться, что он все понял.
- Да, господин.
- Хорошо. Тогда продолжай.
Макрон вернулся в штаб и провел остаток дня, разбираясь с чередой офицеров, каждый из которых был убежден, что их вопрос является наиболее важным, который должен решить исполняющий обязанности префекта лагеря.
Первым был квартирмейстер, который был непреклонен в том, что солдатам придется выдавать пайки в четверть от нормы, если следующий конвой с припасами не прибудет в лагерь в течение трех дней, и предположил, что, возможно, было бы целесообразно сразу урезать пайки, просто на случай дальнейшей задержки.
