Измену гордым не прощают

Я в центре, на спине. Извиваюсь. Сил открыть глаза нет.

Пальцы Гордея скользят по моей шее, чуть вдавливаясь, оставляя огненные следы на коже. Ложатся на шнуровку платья. Грудь тянет в ожидании прикосновения! Выгибаюсь навстречу его рукам. Потрогай меня. У меня всё горит внутри. И вокруг горит. И от пальцев твоих горит.

Трогает подушечками соски. Грубая ткань платья болезненно цепляется за напряженную плоть. Это и приятно, и больно одновременно. Шиплю, кусая губы.

Хочу смотреть на него. Мне смутно помнится, что у меня всё было вот только что очень-очень плохо.

- Горячая какая, - довольно говорит надо мной чей-то голос.

Здесь кто-то еще есть? Кроме меня и Гордея? За нами наблюдают? Или...

Словно через слои бесконечной ваты прорываясь, открываю глаза.

Рядом со мной на краю кровати сидит Михаил! И его руки сжимают мои груди!

Напиток, недавно выпитый в молельном зале, внутри моего желудка резко подпрыгивает вверх, желая выплеснуться наружу! Отталкивая сектанта, извергаю его на пол.

Он меня целовал! И трогал! А если и вчера ночью... Если это всё мне вовсе не снилось, а было на самом деле? О-о-о-о, нет! Желудок снова сжимается спазмом.

- Пить тебе больше нельзя, - раздраженно кидает Михаил, поднимаясь. - Скажу Авдотье, чтобы дала тебе тряпку и ведро - приберешься.

Не могу сообразить, что я должна дальше делать - голова, как в тумане, в горле ощущение ожога, телу холодно, хотя ведь вот только что же жарко было!

Бреду с ведром за водой.

Но мне становится как-то все равно.

Бесполезно же! Они его тут все беспрекословно...

Умом понимаю, что мне сейчас должно быть противно и страшно, а может, я даже должна сейчас кричать и биться в истерике, но мне как-то безразлично всё. Нереальным, невероятным кажутся воспоминания о Гордее и даже об Эми. Что воля, что неволя... Жить не хочется.

Мою пол.

Иду с ведром к выходу. И ведь понимаю, что там закрыто, но зачем-то иду.

Когда берусь за ручку, дверь открывается сама. Внутрь заходит какой-то незнакомый мужчина.

-Куда? - спрашивает он.

-Стошнило. Помыла. Несу вылить, - как робот обрывками отвечаю.

Сторонится, пропуская.

На улице прохладно и свежо. Оглушительно стрекочут сверчки. За домом слышны голоса. Во всех окнах свет. Значит, десяти ещё нет - немного проясняется в моей голове.