Извращенная гордость

Как только люди узнают, что они дети Фальконе, и поверь мне, все будут знать, что они его, все станет действительно ужасным.

Я покачала Невио, и его глаза начали опускаться.

— Если кто-то попытается причинить вред моим детям, заставив их чувствовать себя хуже, им придется пройти через меня.

Сэмюэль грустно улыбнулся.

— Я буду рядом с тобой. Я всегда буду защищать тебя.

Меня. Не моих детей. Не их. Никогда.

• ────── ✾ ────── •Фальконе. Фальконе.

Один взгляд.

Фальконе.

Те же жестокие глаза.

Кромешная тьма.

Фальконе насквозь.

Стыд. Грех. Позор. Внебрачные дети.

Почему она погубила себя, родив ему детей? Почему она не избавилась от них?

Фальконе.

До сих пор эти слова произносились только шепотом, но скоро они будут кричать, потому что с каждым днем мои дети все больше походили на Римо, на Фальконе.

Через неделю моим близнецам исполнится семь месяцев, а я еще даже не выходила с ними из дома. Они дышали свежим воздухом, только когда я была с ними в саду. Акушерка и врачи приходили к нам домой. Несмотря на эти предосторожности, слух о них распространился в наших кругах.

Я была на двух мероприятиях с Сэмюэлем, и шепот преследовал меня повсюду. Жалость и любопытство. Непонимание и даже гнев, что я выбрала этих детей, а не избавилась от них, как будто это могло стереть похищение.

Когда мы вернулись домой после одного из этих светских сборищ, дня рождения папиного заместителя, я сорвалась по среди вестибюля.

— Я этого не вынесу, — резко сказала я. — Терпеть не могу, когда все шепчут их имена, как будто они грешники. Я не хочу, чтобы они стыдились того, кто они есть.

Мама, которая осталась с детьми, потому что не чувствовала себя достаточно хорошо, чтобы присутствовать на мероприятии, появилась на лестничной площадке, обеспокоенная моей вспышкой.

Папа вздохнул, на его лице отразилась боль.

— Все знают, что произошло. Все знают, кто они такие, и это никогда не изменится.

— Кто они такие… — я уставилась на отца. Сэмюэль тронул меня за плечо, но я стряхнула его руку. — Они мои! Они тоже твоя кровь. Они являются частью Наряда! Когда вы это примете? Невио примет присягу, чтобы ты смирился с этим? — папа и Сэмюэль переглянулись, и я сделала шаг назад. — Он станет частью Наряда, верно? Когда-нибудь он станет главой города? Это его право.

Его право по рождению стать капо каморры.

Папа грустно улыбнулся.