Делаю глубокий вдох и толкаю."
"Он спит. Комната залита лунным светом, и можно во всей красе рассмотреть едва прикрытое простынёй обнажённое мужское тело на огромной кровати. Я даже замираю на миг, затаив дыхание и впитывая взглядом это великолепие. Как же он красив. Мужественной, исполненной хищной силы красотой. И сегодня этот хищник будет моим на всю ночь.
Закусив от волнения губу, на носочках приближаюсь к кровати. Потираю подушечки пальцев, активируя заранее заготовленные плетения заклинаний. И склоняюсь над спящим мужчиной.
Одну руку он закинул себе за голову. Вторая лежит на широкой груди.
Нежно касаюсь того запястья, что на подушке, отпуская заклинание магических оков. Опускаюсь аккуратно коленом на край кровати, стараясь не потревожить его сон раньше времени. И вот я уже ловко перебрасываю вторую ногу через мускулистый торс спящего мужчины.
Он просыпается мгновенно, дёргает одну руку, пытается схватить меня второй, но я, будучи наготове, перехватываю её в воздухе, отпуская вторую часть заклинания, чтобы уже через миг его притянуло к первому уже зафиксированному фрагменту вместе с мужским запястьем.
М-м-м, попался. Возможно, ненадолго, но нужный мне эффект достигнут.
– Камэли? – с негодованием восклицает Корим, буравя меня опешившим взглядом и напрягая запястья, прикованные магией к кровати. – Что ты здесь делаешь?
– А на что это похоже, ваше высочество? – мурлычу, улыбаясь.
И выравниваюсь, садясь на его живот, позволяя рассмотреть меня получше. Смотрю в сердитые глаза, в льдистом свете луны кажущиеся чёрными провалами, и неспешно веду пальцем по напряжённому мужскому прессу, слегка царапая кожу.
– Не могу даже предположить, – играя желваками, чеканит босварийский принц. – Сними заклинания, немедленно!
– А если я этого не сделаю? – интересуюсь лукаво. Знаю, что захоти он ударить и причинить мне реальный вред, никакие оковы его бы не сдержали.
И у меня нашлось бы, чем встретить его ярость.
Но он не атакует. Лишь пытается взломать мои заклинания. Пускай пытается.
Закусив губу, рассматриваю свою опасную и такую притягательную добычу. И ладони сами собой опускаются на широкую мужскую грудь, скользя по гладкой коже, запоминая этот восхитительный жар… эту сталь напряжённых мышц… биение его сердца.
– Не играй со мной, девочка, – чуть охрипшим голосом произносит Корим, наблюдая за мной.
