Знаешь, я себя такой униженной никогда не чувствовала! А синяки не проблема. Только Хромов ничего не докажет. Того, кто меня действительно ударил, не найдут. И к тебе он не прибежит!
С порога раздается спокойное:
— Ирина, тебе лучше уйти.
Мама, наверное, услышала, как она кричала.
— Уйду я, уйду! — выкрикивает Пархомова и уносится прочь.
Я вытаскиваю руки из кармана худи, где лежал телефон, на котором я успела нажать аудиозапись.
— Это правда?: — спрашиваю у мамы.
— Да, Платона арестовали и отправили в СИЗО, — отвечает она.
То, что случилось между нами, требует, чтобы я спокойно занималась упаковкой вещей и не вмешивалась. Платон получает по заслугам. Но, если сделать вид, что ничего не произошло, то я сама, чем отличаюсь от Ирины и Хромова? Разве это справедливо, что он будет наказан за Ирискину ложь? И если жаждать возмездие, то надо было заявить о похищении и попытки продажи меня в рабство. Я этого делать не стала.
— Мам…
Я даже не договариваю фразу до конца, за меня ее заканчивает она.
— Ты хочешь рассказать о визите Ирины следователю.
— Да, я записывала наш разговор.
— Так ли необходимо тебе вмешиваться?
— Если я промолчу, это будет неправильно. Я один раз уже поступила так, как не должна была. Второй раз этого делать не хочу.
— Я позвоню, узнаю у кого дело, потом отвезу тебя.
Киваю. Если бы я не знала, что Ирина оговорила Платона, то улетела бы. Теперь все же нужно рассказать правду.
— Мам, а нельзя, чтобы показания я дала уже сегодня? Чтобы не откладывать вылет?
— Можно.
Ей удается все быстро выяснить. И вот мы уже идем по коридору следственного комитета.
В кабинет к следователю я захожу одна. За это я тоже ей благодарна. Мне неудобно чувствовать себя маленькой девочкой. За столом я вижу миловидную женщину. Это, видимо, и есть Клавдия Сергеевна Струева.
— Елена Даниловна Новикова, я так полагаю? — голос у нее не слишком довольный.
— Да.
— Что привело Вас?
— В Вашем производстве находится уголовное дело в отношении Хромова.
Об изнасиловании. Мне стала известна важная информация.
— Что именно? — мне кажется, или она усиленно имитирует заинтересованность?
— Ко мне сегодня приходила Пархомова. Так вот из ее слов следует, что никакого изнасилования не было. Хромов не согласился на интим, после чего она нашла кого-то, кто ее ударил. И написала заявление.
— Хм. А зачем она Вам это рассказала?
Мне не нравится настрой этой женщины. Похоже, она вынуждена меня слушать.
