Моя ж ты хорошая! Значит, не наплевать тебе на меня, если показания пошла давать в мою пользу. Ради такого даже в тюрьму попасть не жалко.
— Что смешного?! — вырвал меня из приятных грез голос следователя.
Вот противная баба!
— Да вот думаю, сколько запросить компенсацию за произвол, творимый правоохранительными органами.
Синие глаза недовольно сверкнули.
— Вам вообще повезло, что эта девушка — Новикова пришла ко мне. Если бы не она, то версия Пархомовой выглядела более, чем убедительно. Совсем девчонке голову вскружили.
Она не постеснялась даже мать о помощи попросить. Хотя с такой смазливой мордашкой это особого труда не составляет. Они так друг друга переубивают вообще.
Я напрягся:
— Если это — шутка, то несмешная.
Клавдия Сергеевна чуть наклонила голову на бок и продолжила:
— Почему же шутка? Пархомова не испугалась ложных обвинений, за которые ее саму можно привлечь к ответственности. Что мешает ей избавиться от соперницы по-другому?
Мне что-то поплохело.
— Вы побледнели, Платон Игоревич. Вам нехорошо? — уже приторно сладким голосом поинтересовалась следователь.
— Нормально все. Когда я могу покинуть эти гостеприимные стены? — рыкнул я нетерпеливо.
Надо решить проблему с Ириной. Мало ли что еще придет ей в голову.
— Прямо сейчас. Жаловаться будете?
— Обязательно!
Дальше мне вернули вещи и проводили за забор. Я глотнул воздух свободы и встретился глазами с отцом, который ждал меня под воротами.
— Такое впечатление, что я встречаю тебя после десяти лет отсидки, — тянет родитель задумчиво, — Как там?
При этом он кивает на уродливое здание за моей спиной.
— Курорт! — саркастически замечаю в ответ, — Слушай, может, поедем отсюда уже, а то как бы стражи правопорядка не передумали?!
У меня тысячи вопросов, которые хочу задать. Но прежде всего мне нужен душ и чистая одежда. Эту — выкину.
По дороге отец рассказывает, как пытался меня разыскать все это время, но безуспешно. Пархомов подсуетился.
Фамилию бывшего друга отец произносит через зубы, добавляет, что тот знал, что дочь врет, предлагал забрать заявление, если я женюсь на Ирине.
— Я так понимаю, ты отказался.
— А что — надо было соглашаться?
— С ума сошел?
Потом отцу позвонила Давлатова и сообщила, что мою невиновность удалось доказать. И меня сегодня выпустят. А еще сказала, где меня содержат и телефон следователя, связавшись с которой, отец узнал, во сколько меня встречать.
