Я! Еду! Домой! Те, кто выжил

Откуда-то еще подошли люди в форме, быстро подъехали два военных «геленда». Появился тот самый мужик в темно-синей полицейской форме, которого я видел в крепости Мюйдена, поздоровался. Албанца утащили, загрузив в кузов одного из «гелендов», который быстро уехал."

"— Пошли, — показал Вим на паром. — Машину оставь, никто ничего там не тронет. Кстати, тебе награда положена.

— Какая? — немного удивился я.

— Деньги, — пожал он плечами. — И даже неплохие, кажется.

Неуклюжая оранжевая баржа с белой рубкой тронулась с места, медленно отваливая от пристани.

Плавание было недолгим — прошли всего метров сорок, до того как уткнулись в противоположный берег. Дальше пошли пешком, обогнули медпункт, или как там это правильно называется — пункт оказания первой помощи, — неторопливым шагом направились к большому сине-белому ангару верфи, возле которой я заметил нескольких солдат.

— Все по плану прошло, — попутно рассказывал Вим, явно довольный проделанной работой. — Два «апача» ударили по выявленным постам, сопротивления высадке вообще не было.

Караул возле верфи тоже они расстреляли. Вон там… — он указал затянутой в перчатку рукой, — …высадили десант, у самых домов. Верфь отсекли от остальной деревни за десяток секунд и пошли по домам. Некоторые пытались сопротивляться, но…

Объяснять он не стал — я и так заметил длинный ряд тел, уложенных вдоль стены верфи. Много убитых — под сотню, наверное, и не только мужчины. Похоже, что при зачистке не очень церемонились, что не удивляет: закончились времена политкорректности.

Трупы, кстати, еще подвозят — вон явно местные вытаскивают еще двоих из старого пикапа. Интересно, зачем так раскладывать? Опознавать собираются или что? Ладно, мое какое дело…

Попутно подумал о том, что действительно бандиты здорово устроились — в «зомби-мире» остров, плотно застроенный крепкими каменными домами, — самое безопасное из возможных мест, наверное. Теперь тут опять люди жить будут. Вон дом вижу, в нем уже уборка идет. Это понятно: голландцы вообще чистоплотны на редкость, а вот насчет албанцев, в домах проживавших, сказать ничего не могу, не знаю.

А может быть, просто от остатков чужой злобной ауры так избавляются. Очень даже их понимаю.

— Нам сюда, — показал на небольшую дверь в стене ротмистр.

У двери стояли двое солдат, о чем-то болтающих на фламандском. Один из них посторонился, открыл дверь.

Относительно небольшое помещение. Видимо, бывший склад запчастей или что-то в этом духе.