Стоило вспомнить её утреннюю выходку с кофе…
По коридору разнеслась трель дверного звонка и буквально через несколько секунд на пороге гостиной появилась весьма эффектная шатенка в доходящем до колен алом платье в сопровождении горничной.
— Ваша гостья, Максим Вячеславович, — как всегда вежливо оповестила она и бесшумной тенью скрылась с глаз прежде, чем я успел поблагодарить её.
Не вставая с дивана, я лениво осмотрел девицу. Уложенные крупными локонами волосы падали на узкие плечи, тёмные глаза были густо подведены чёрным карандашом, держащееся на отделанных цветочным узором лямках платье, отлично подчёркивало изгибы тела.
Я поманил девицу пальцем, и та, покачивая узкими бёдрами, сделала несколько шагов.
— Повернись, — приказал я.
Она послушно встала ко мне задом. Спина её была открыта примерно наполовину, и я мог разглядеть убегающую под ткань змейку позвонков. Высокие тонкие каблуки… Несмотря на то, что обычно я предпочитал девочек с более округлыми формами, эта была хороша. Да… очень даже хороша.
Уловив движение, я отвлёкся от шатенки и посмотрел на остановившуюся в дверях Марику.
— Подойди, — прищурился я. Огромные голубые глаза, струящиеся шёлком чёрные волосы… — Марика… — уже с нажимом.
Она по своему обыкновению поджала губы. За проведённые с ней под одной крышей дни, я успел понять, что это первый признак недовольства. Не нравится, когда указывают? Что же, после сегодняшнего утра церемониться с ней намерен я не был. Хоть кофейное пятно на штанах брата меня и позабавило, спускать это я не собирался.
Подойдя ближе, она остановилась.
— Что? — спросила она.
Шатенка в красном платье обернулась, посмотрела на неё с интересом, после — на меня. Оперевшись локтем о подлокотник, я некоторое время разглядывал их. Марика явно теряла терпение. С терпением у неё вообще были большие проблемы. Хотя, что об этом говорить, учитывая, с какой поспешностью она выскочила замуж? Неожиданно для самого себя я представил, как этот молокосос касался её, как лизал её шею, трогал…
— Раздевайтесь, — приказал я, глядя сразу на обеих.
Ни та, ни другая не двинулись с места. Девчонка Эмиля держалась спокойно, хотя и выглядела немного растерянной, а вот моя итальяночка…"
"— Раздевайтесь, — повторил я очень сдержанно, таким тоном, возразить на который было бы себе дороже. — Иначе сам раздену.
10
Марика
— Ты… — зашипела было я, когда Макс, обойдя машину, уселся за руль, но наткнулась на его тяжёлый, предупреждающий взгляд и замолчала.
Одёрнула подол платья.
