Взвинченная, я влетела следом, и Денис тут же обернулся ко мне.
— Что случилось? — холодно спросил он.
— В нас стреляли, — сделала шаг в комнату и остановилась.
Денис прошёлся по мне пристальным, полным презрения взглядом, вернулся к лицу. Судя по всему, он не доверял мне и скрыть этого не пытался.
— Это я и так понял, — процедил он. Откинул одеяло и, наткнувшись на прижжённую рану, резко вскинул голову. — Какого чёрта?!
— Макс не дал мне отвезти его в больницу, — не отводя глаз, ответила я. Смотрела на брата Макса, поражаясь тому, как они похожи.
Каждая черта, мимика. Те же тёмные волосы, та же тёмно-каряя радужка глаз.
— Кто? — чёткий, жёсткий вопрос. От тона, которым он его задал, по коже у меня пробежал холодок. За видимым спокойствием скрывалась не просто угроза — желание крови, желание неотвратимой мести, и я вдруг поняла, что боюсь говорить правду. — Кто? — повторил Денис ещё жёстче. Без сомнений, он догадался, что я знаю.
Мы смотрели друг другу в глаза. Взгляд его был тяжёлым, мрачным.
Чернота сгущалась с каждым мигом моего молчания. Попытаться уйти от ответа? Сказать, что не знаю? Ведь в случившемся он обвинит меня. Недоверие, презрение, что я видела в его глазах, не оставляли в этом сомнений. Нет. Оба мы понимали, что это неправда, к тому же, Ивану удалось улизнуть. На что он способен?
— Это была моя пуля, — прямо глядя ему в глаза, сказала я. — Мой муж… Стрелял он. Макс оттолкнул меня.
По скулам Дениса заходили желваки, глаза стали совсем чёрными. Снова сощурившись, он сделал шаг ко мне, и по спине моей прокатилась ещё одна волна холодка.
В какой-то момент мне показалось, что он готов свернуть мне шею — таким угрожающим стало выражение его лица.
Невольно я отступила назад. Он надвигался на меня тёмной, твёрдой скалой, и я понимала, что бежать мне некуда. Да и не собиралась я делать этого!
— Твоя пуля? — верхняя губа его дёрнулась. — Твоя?! — между нами осталось не более метра. — Какого дьявола?! — прорычал он, прожигая меня взглядом.
Как ни пыталась я сохранять спокойствие, в какой-то момент инстинкты взяли своё, и я попятилась.
Здесь, в этом стоящем на отшибе доме, мы были одни. Что у него на уме?! Если бы не случившееся ранее этим утром, я бы, наверное, испугалась сильнее, сейчас же страх был притуплённым. Я буквально кожей чувствовала исходящие от Дениса волны разрушительного гнева, чувствовала его напряжение.
— Я не знаю! — вскрикнула, наткнувшись на стену.
Денис мгновенно оказался рядом.
