Горло перекрыло, лишая возможности вовремя сделать очередной вдох.
Стасиному характеру было чуждо какое-либо притворство. Поэтому откровенно плохо у нее получалось, стоя перед Егором, таить трепет. Закрывая глаза, пыталась справиться с нахлынувшими чувствами. Пока внутри нее все таяло и плыло, судорожно искала выход из сложившейся ситуации, малейшую возможность нормализовать свой эмоциональный баланс.
– Что ты за человек, Аравин? – нервно возмутилась девушка. – Зачем сейчас в душу лезешь? Там, черт возьми, и так полнейший швах!
– Посмотри на меня, – в глубоком голосе Егора слышались требовательные нотки, но Стася отказывалась повиноваться.
– Нет.
Сладкова чувствовала, что их соприкосновение не только для нее стало пиком осложнения. Ощущала, как быстро и высоко вздымается грудь Егора. Как его частое дыхание застревает в ее волосах.
– Посмотри на меня, – продолжал напирать он.
– Не смей даже просить, – раздраженно зашипела Стася и толкнула его бедром.
Но Аравина уже было не остановить.
Жестко прижался губами к ее виску. Рука с ее левого плеча скользнула вверх. Запуталась в густых волосах, обхватывая шею. Контролируя ее близость и лаская пальцами нежную кожу, опустился губами к щеке. Грудную клетку стянуло тугим узлом, когда девушка, не сумев скрыть своей реакции, задрожала в его руках.
– Стася... Стаська... Сладкая... – грубый голос Егора сочился выраженным благоговением, неприкрытой одержимостью. – Не сопротивляйся, Стася. Не отталкивай.
Напрягаясь каждой существующей в теле мышцей, она старалась оградить чувствительные рецепторы от внешних ощущений.
Только это, черт возьми, было нереально! Аравин ловко расставил сети.
– Егор, у нас уговор...
– Я в курсе, – тихо согласился он, прислоняясь лбом к ее виску. – Но, бл*дь, у меня форс-мажор. Ты нужна мне, Сладкая. Прямо сейчас нужна.
Голос Аравина, будто слепящий встречный свет, толкал девушку на запрещенную территорию. Бесконечно блуждала вдоль колючего периметра неустойчивых границ своих сомнений.
В собственных душевных терзаниях дошла до какой-то немыслимой фобии: страха выпустить наружу с большим трудом утрамбованные эмоции.
– Егор... – выдохнула девушка, уже не заботясь о том, чтобы контролировать шаткость дыхания.
Повернув голову, растерянно посмотрела на Аравина. Отметила выступившие в напряжении скулы. Бегло, увиливая от его взгляда, двинулась вниз по крепкой линии подбородка. К сжатым губам. Мощной шее. И только потом назад, к глазам.
