Столько всего может… Я так запуталась, Тьен…
Вывалив на него всё это, зажмуриваюсь, переводя дыхание, утыкаясь лицом ему в ключицу, чувствуя под ладонью мерный стук сердца.
— Ох, Скарлетт, — моих волос касаются его губы. — Давай по порядку. То, что я — герцог, а ты — не аристократка, не играет абсолютно никакой роли. Мы любим друг друга, это — наша жизнь, и лишь нам решать, как её жить.
— Ага, ещё скажи, что твоей семье будет на это плевать."
"То, что его родителям я не нравлюсь — для меня не секрет. Они не понимали Тьена, когда он взял надо мной опеку и точно не испытывали восторга, когда часть этой опеки перешла к леди Виттории.
Не вмешивались и на том спасибо.
— Если ты о моих родителях, то сама прекрасно знаешь, что их мнением я не особо интересуюсь. У них своя жизнь, у меня своя. Ну а Виттория и её отпрыски точно от тебя в восторге, для них тыуже своя, часть семьи. Моя сестра гордится тобой, как и я. Да и как может быть иначе? Своим талантом, умом, упорством, трудом ты достигла того, о чём многие и мечтать не смеют.
И я говорю не только о женщинах. Как можно тобой не восхищаться? Твои заслуги даже Яргард признаёт и очень ценит тебя, как сотрудника, и уважает, как человека. Разве этого мало?
Ага, в дело пошла лесть. Приятно, чего уж там. Словами не передать насколько. Губы невольно расползаются в улыбку.
— Тебя даже Ардораш не прочь заполучить в невестки, раз уж на то пошло, — произносит внезапно Севастьен, отчего я резко хватаю ртом воздух, ошарашенно поднимая голову. Это что шутка? — Или ты думаешь, он случайно так усиленно намекал Кориму на твой незамужний статус?
— Ты не можешь это всерьёз говорить, — мои глаза сейчас, наверное, на блюдца похожи.
— Я понимаю, что могу представлять для него интерес, как агент с уникальными способностями, но невестка? Для принца? Не морочь мне голову.
— Наивная. Твои уникальные способности он совсем не прочь обеспечить своим внукам. А то, что ты ещё и его любимому сыну приглянулась, старому интригану лишь прибавило энтузиазма, — с кривой усмешкой сообщает мне Севастьен, заставляя ловить отвисшую челюсть.
— Лишь нежелание давить на тебя с принятием решения удерживало меня от того, чтобы объявить себя твоим мужем. Впрочем, это было ожидаемо. Ардораш не мог тобой не заинтересоваться. Так что везти тебя в Босварию незамужней и свободной, было бы несусветней глупостью.
Так вот о чём он говорил, когда уверял, что предусмотрел все возможные попытки Босвари получить меня. В голове роится уйма вопросов.
