Пока Влад приводил себя в порядок, она так и не могла сообразить, что ей делать дальше, как себя вести, и стояла на коленях на кресле, продолжая держаться обеими руками за его спинку, боясь, что стоит ей отпустить ее, как она тут же позорно рухнет на пол.
– Не двигайся, – откуда-то из далека донесся до ее, все еще затуманенного отголосками оргазма мозга, голос Влада, – я сейчас тебя вытру.
Он достал из одного из шкафчиков салфетку, и начал убирать следы смазки, влажной, а затем и сухой салфеткой, стараясь не касаться чувствительных складочек.
Потом вернул на место ее трусики и колготки, отпустил юбку. Подхватил за талию, и осторожно сняв с кресла, поставил на ноги. Повернул к себе, поправил бюстгальтер, застегнул блузку и заправил ее в юбку. И даже растрепанные волосы привел в порядок, осторожно расчесав их собственными пальцами.
«Как когда-то в детстве… он всегда приводил ее в порядок, перед тем, как отпустить: заботливо поправлял одежду и растрепавшиеся волосы, а сейчас даже вытер следы смазки…», – вяло отмечал Машин мозг, все эти действия.
Она так и продолжала не двигаться, позволяя ему с собой делать все, что он захочет. И никак не могла определиться со всеми своими эмоциями. Единственное, что она поняла, после такого умопомрачительного оргазма, так это то, что ей стало намного легче и лучше, и внутри, словно рухнула, одна из преград…. В теле появилась легкая истома, очень сильно хотелось уснуть и вообще ни о чем не думать."
"Влад понял, что Маша собралась уснуть стоя, и улыбнувшись, подхватил ее на руки.
Ему понравилось заботиться о ней. Прямо, как тогда, когда он в детстве заботился о маленькой Маше… Влад сначала, хотел разозлиться на очередное сравнение, а потом мысленно махнул рукой, он тоже устал, и ему тоже хотелось немного отдохнуть, невозможно все время злиться, невозможно постоянно воевать…. Тем более, что рыжая ведьма, благодаря своему темпераменту позволила ему кончить, как следует, и тем самым успокоить и остудить пыл, вернув хоть капельку здравомыслия….
Ведь Влад и сам уже устал находиться в бесконечных метаниях, ему очень не нравилось то, что в его привычный уклад жизни ворвался этот рыжий ураган из эмоций, и буквально за несколько дней превратил его в неуравновешенного психопата-параноика. Зато сейчас, он был спокоен как когда-то раньше и чувствовал себя не растерянным прыщавым юнцом, захлебывающимся собственными гормональными всплесками, а уверенным в себе – миллиардером Владом Лисовским.
