Отец же Елены женился спустя пять месяцев после смерти жены… Елена, тогда ушла из дома, и с тех пор больше не зналась с отцом…
Ей было страшно вспоминать те дни, когда все это произошло, и она своей дочери ни за что на свете не пожелала бы такой участи. А Сергей ее муж, чем-то напоминал Елене Васильевне по характеру ее собственного отца."
"Елене Васильевне он почему-то сразу не понравился. Какой-то вечно угрюмый, сам себе на уме…. Он бы Машу предал, не задумываясь…. Почему-то Елена Васильевна была в этом уверена, и поэтому уговаривала дочь, забрать ребенка и вернуться вместе с ней домой.
Но Маша, даже слышать не хотела о подобном. Единственное, что с нее смогла потребовать мать, так это, чтобы она звонила каждый вечер и сообщала все ли у нее хорошо, а так же взяла деньги.
И Маша, конечно же, согласилась.
***
Маша долго лежала в темноте с открытыми глазами. Она понимала, что очередной сон принесет очередное воспоминание, да и выспалась она, похоже, днем, после приступа.
Маша любила родителей, но порой их забота и любовь доходила до абсурда. В голове она прокручивала слова матери: «Лена, бросай ты его, подавай на развод бери ребенка и поехали домой!»
Маша была в шоке от слов Елены Васильевны. Как можно предать родного человека, с которым ты прожил больше одиннадцати лет? Неужели она бы точно так же сделала с отцом? Бросила бы его в тот момент, когда он больше всего нуждался в помощи?
На что мать ответила, что это совсем другое, они серьезные взрослые люди….
«А я до сих пор лялечка маленькая? И это в тридцать то лет?» – почти закричала она на мать после таких слов.
И та сразу же перевела тему на деньги.
Маше порой казалось, что мать вообще не заметила, что она стала взрослой женщиной, у которой семья и ребенок.
Да еще и это сравнение Сергея с ее дедом… отцом матери…, который упек бабушку в лечебницу.
Сережа никогда бы с ней так не поступил! Почему нужно теперь всех сравнивать со своим отцом?
Эти ее страхи….
Маше даже пришлось согласиться взять деньги, лишь бы мать уехала… Было бы не плохо, если бы она осталась и помогла с Леной, но Маша понимала, что тогда мать будет каждый день мучить ее своими проповедями, а ей и так последнее время приходится несладко.
Маша вздохнула и перевернулась на бок. На глаза попался белый пакет, который она забросила в комнату, чтобы Лена до него не добралась и уж тем более, не дай Бог, мама.
