– Ты говоришь неправду, – прошептала Маша, ошарашено смотря на Андрея, – Сергей любил меня.
– Да, – Андрей презрительно хмыкнул, и откинулся в кресле, – конечно, любил, а еще он был жалким неудачником, который сидел на твоей шее, и еще и распускал свои руки. Если бы Стелла мне позволила, то я бы уже давно разобрался с этой сволочью, – со злостью в голосе процедил он.
А Маша уже и не знала, во что ей верить. Она смотрела на Андрея, но откуда-то понимала, что он не врет, что все, о чем он говорит – абсолютная правда.
Вот только как, она могла забыть? Почему?
– Маша, мы уедем в Италию, – продолжил говорить мужчина, хотя Маша уже почти не слышала его, погрузившись в собственное отчаянье. – Твоими деньгами, пока что пользоваться не будем. Моих вполне хватит, поверь, я успел много заработать. Я через знакомых, чуть позже, переведу твои деньги в офшор, процентов тридцать, наверное, потеряешь, но оно того стоит. Однако сначала все должно улечься. О тебе забудут. Я уже все придумал, подкину им труп. Они его найдут здесь же, в этой больнице, глав врач мне должен, он поможет всё решить.
Документы потеряются. Подходящее тело мы уже нашли. Это большая удача. Девушку доставили сильно избитой, все лицевые кости переломаны, да и не только лицевые. Она умерла от внутреннего кровотечения. Еще и рыжая. Пока они разберутся, что это не ты, пройдет достаточно времени, чтобы мы с тобой смогли скрыться. Документы на имя Стеллы Самойликовой, мой жены, уже давно готовы. Как и загранпаспорт.
– Что? – услышав знакомую фамилию и имя, Маша наконец-то вынырнула из собственных мыслей.
Андрей вздохнул, и опять с грустью и жалостью посмотрел на девушку.
– Стелла, ты хоть что-то услышала из того, что я тебе только что говорил?
– Слышала, ты говорил, про мою фамилию я не совсем поняла…
– Да, мы с тобой женаты, – улыбнулся Андрей, а его лицо стало таким счастливым, будто он наконец-то выиграл самый долгожданный приз в своей жизни. – Так гораздо проще оформить гражданство. А года через три мы вытащим твою дочь. К сожалению, сейчас нам нельзя к ней приближаться, что Лисовский, что Солейко наверняка оставили слежку за твоими родителями.
– А родители, разве им не грозит опасность? – вздрогнула Маша, с ужасом вспомнив об угрозах Влада.
– Нет, любимая, – Андрей переменил позу в кресле и, наклонившись, накрыл машину руку своей, в надежде успокоить, – им сейчас будет не до этого, ты смогла столкнуть их лбами, и они будут разбираться между собой. А за твоими родителями, просто следить.
