Я, они и тьма

Машину заведу, — уведомила я вышибалу своего начальничка. Повернула замок. Теплая струя воздуха согрела закоченевшие ноги и пальцы. Я смотрела в окно и казалась, наверное, со стороны очень задумчивой. Но на самом деле внутри меня трясло от ненависти. Этот… старый мусор, гниль, мразь живет с комфортом? И не сдох в страшных муках? И ничего ему за его дела не было? Что же ты, бог всемогущий, не спускаешь такую шваль прямиком в ад? Живет до старости в богатстве, здравии, жрет фуа-гра, пьет «Кристалл», распоряжается чужими жизнями, ломает… Ненавижу!

Делая вид, что раздумываю, я внимательно окинула взглядом место, где мы стояли.

Метров триста до тупика, людей нет. Успею? Должна.

— Ну, Верочка, решай. Времени нет.

— Покурить дайте, — спокойно сказала я, залезая в подлокотник своей машины.

И в следующий момент, крепко зажмурившись, сыпанула горсть острого перца назад и вбок, одновременно блокируя двери и выжимая газ. Перец — самое лучшее средство от неприятностей, настойчивых поклонников и взбесившихся собак.

И кто надоумил держать пакетик в подлокотнике? Танька, конечно. Как чувствовала, моя хорошая. И прости меня, подруга, что я не сдержала обещание.

Я уже не обращала внимание на вопли, чихание, вой и бешеный стук дурных ног и рук. Мне пару раз прилетело по лицу от вышибалы генерального, но пока везло — он меня не зафиксировал и не отрубил. Видимо, он не очень любит специи.

Машина визжала, нетерпеливо тряслась.

Моя немецкая ласточка могла многое. Семь секунд до сотни. Семь секунд. Хватит? Должно.

Я — пристегнута, это всегда на автомате. Они — нет. У меня есть шанс.

Я вцепилась в руль все с теми же зажмуренными глазами. Я не дышала. Один вздох — и все, ничего не выйдет.

Первая секунда. Вторая. Машина взвизгнула покрышками, рванувшись с места. Третья. Разгон. Четвертая. Разгон. Я закусила губу до крови, выжимая газ в пол. Шестая. Господи, прости!

Ненавижу вас, упыри! Чтоб вы в аду сгорели!

А в следующую секунду я ощутила страшный удар, успела еще услышать громкий мат и звон осыпавшегося стекла.

А потом — темнота.

Глава 2

Колется, режется что-то в спине. А-ах! Больно!

Я боялась двигаться. Но вроде бы жива. Жива? Точно. А что случилось? Авария случилась. По моей вине. В голове вспыхивали яркие образы, один за другим, не давали мне и минуты покоя. Вот я подрагивающими пальцами осторожно рву целлофановый пакет, вот набираю полную горсть перца. Вот не дышу, выжимаю газ. Азарт, немного — страх и много — желания возмездия и справедливости.