Это ночь так действует? Или вино? Или, всё же, дело конкретно в Илье?
- Как и у моей матери, – он не хотел об этом говорить. Но что-то необъяснимое толкнуло. Непослушный язык решил всё за него. Ощущение того, что всё так, как и должно было быть, полностью поглотило его. Её слишком мягкая рука. Слишком нежная. Маленькая. И до одури правильная.
- Я… - опешила на миг. Все слова вдруг потеряли смысл. – Илья, я и правда не хотела. Тогда. Я ляпнула это не подумав.
- Я знаю, – тихий смешок.
Говорить почему-то больше не хотелось.
Хотелось растянуть этот момент до грёбанной бесконечности…
…
Сегодня что, полнолуние, блять?!
Илья рыкнул в жёсткую подушку и перевернулся на другой бок. Ему в лицо дышал перегаром Жека. На соседнем диване, напротив камина, видел десятый сон Демьян. Охуенно. Один он, как ёбаный ишак, переворачивается с одного бока на другой. Как только закрывает глаза: она. Смотрит на него своими глазющами – бездонными и грустными.
Злость снова забирается под кожу. Она, как паразит, что не даёт спокойно жить.
Каждый раз заставляет его выходить из себя.
Парень отбросил одеяло и поднялся на ноги. Прошлёпал на кухню и налил себе стакан воды. Залпом опрокинул в себя и вслух чертыхнулся.
Какого хера это было? Там на крыльце? Она что, снова попыталась залезть к нему в душу?! Дрянь. И он тоже хорош. Повёлся, как идиот на этот спектакль. Мотнул головой, прогоняя назойливую мысль о том, что это он… он сам всё это затеял.
Облокотился на столешницу, и сделал несколько глубоких вдохов, в попытке поумерить свой невесть откуда взявшийся гнев.
Но ни черта у него не выходило.
Снова выругался и, плюнув на всё, устремился в сторону лестницы.
...
Время давно перевалило за полночь. Мила потянулась к телефону. Провела по экрану: половина второго. Оттолкнула телефон и фыркнула себе под нос.
Сна ни в одном глазу. Отдохнула, блин.
Смотрит в потолок и начинает считать овец, но мысли то и дело бесконтрольно спускаются на первый этаж.
Девушка откидывает одеяло и ступает босыми ступнями на мягкий ворс.
Обнимает себя руками и направляется к окну.
Внутри зарождается непонятная тревога. Что должно произойти? Он же спит? Так ведь? Или же нет? Потому что… если нет, то он не упустит возможность в очередной раз поиздеваться. Казалось, она выучила его досконально.
Если громко закричать, есть вариант, что кто-то прибежит… спасти ее? Но как кричать, когда рядом с ним кислород выжигается из лёгких?
За спиной послышался тихий и жалобный скрип дверной ручки.
