И, завязав пояс платья двойным узлом, закидывает руки за голову.
— Нет, Диана! Сегодня в меню лишь одно блюдо! Ни в чем себе не отказывай!
Он улыбается, но голос похож на скрежет металла, а напряженное тело напоминает памятник.
Не представляю, какой была бы реакция моих психологов, узнай они о такой методике, однако она действует. Словно это большая эротическая перезагрузка, я сантиметр за сантиметром изучаю мужское тело. Глажу и целую там, где вздумается. Покусываю кожу в самых чувствительных местах. И впервые за долгое время не борюсь ни с каким страхом.
Мы как подростки, которые решили послушаться старших и подождать до восемнадцати. Такие же возбужденные и голодные, такие же одержимые друг другом. И любопытные.
— Ты единственная женщина, рядом с которой я молюсь о холодном душе. Что в первую встречу, что сейчас, — признается Клим, когда, закончив с «пытками», я устраиваюсь у него на плече."
"— Значит, стабильность, — срывается с губ прежде, чем понимаю весь смысл сказанного.
— С твоих девятнадцати.
— Клим наконец отпускает спинку кровати и обнимает меня. — Правда, тогда мы хотя бы кончили. Оба.
— У нас и так все стремительно. Еще утром я думала, как избавиться от твоих домогательств, а в обед лежу рядом под одним одеялом.
— Я бы не уехал тогда, если бы не заставили, — внезапно признается он.
— Тебе необязательно рассказывать о тех событиях.
Психика еще не переварила то, что закончилось несколько минут назад. Слишком большая концентрация открытий на короткий промежуток времени.
И признание Клима, и новость о Пекарском, и наша безопасная близость...
От внутренней системы координат ничего не осталось. Какой-то Бермудский треугольник.
— Предложишь, как и с петтингом, отложить до следующей недели? — Клим целует меня в макушку.
— Я не очень хочу вспоминать прошлое. Особенно сейчас.
— Тогда только слушай. — Следующий поцелуй приходится в лоб. — Еще до твоего похищения меня пригласили в Китай. Там готовился один проект, который нельзя было провести в открытую.
Пару раз я даже катался на переговоры, но так и не согласился участвовать.
— Очередные грязные делишки наших чиновников? — успеваю спросить, прежде чем третий поцелуй обжигает губы.
— Хм... Напомни потом выяснить, кто такой болтливый просветил тебя о моей деятельности. Хотя... — Клим сощуривается. — Не нужно. И так знаю. Твой занудный дружок аналитик. Офисная крыса... с железными кулаками.
— Ты обещал, что я лишь слушаю.
Задумываюсь, что значат слова о кулаках.
