Я обязан старику за такую дочь. С ней мозг был в полной сохранности. Никто не пытался выесть его чайной ложкой или прописаться в подкорке. Уникальные качества для молодой и красивой девушки.
— Тогда я, наверное, не нужна тебе... на презентациях, встречах. В Китае и здесь...
— Верно. — Беру Вику за подбородок и заставляю посмотреть на меня. — Что-то не так?
— И я больше не увижусь... ни с тобой, ни с...
До этого она выглядела уверенной, а сейчас глаза начинают блестеть.
— С кем ты боишься не увидеться?
— Это уже неважно.
— Вика быстро смахивает с ресниц блестящие капли.
— Ты ведь не из-за меня расстроилась?
То ли старею, то ли теряю бдительность. Вторая женщина за последние дни преподносит сюрприз.
— Это так смешно... — сквозь слезы улыбается Вика. — Никогда раньше не влюблялась. Когда папа попросил обратить на тебя внимание, для меня это было просто. Красивый, богатый и свободный. Я сказала себе: «Почему нет?» А когда все закрутилось, встретила его.
— Того, кого полюбила?
— Как дура...
— Ярослава? — Сам не верю, что произношу имя дяди.
— Он совсем не воспринимает меня всерьез. Даже называет так... Девочка.
Вика стекает по стене на пол и закрывает лицо ладонями.
— Твою мать!
— Я не хотела. Правда. Само как-то получилось. Он всегда подшучивал надо мной, а я...
— Только не говори, что ты была со мной из-за него. Чтобы находиться рядом."
"На другом конце города ждет самая потрясающая на свете женщина и маленькая дочь, а я не могу пошевелиться.
Становится ясно, почему Вика не ревновала, почему легко отказывалась от секса и боялась пропустить любую, пусть даже короткую встречу с Ярославом.
Пока я загибался без Дианы, рядом из-за такой же больной любви загибалась эта девчонка. Шла в кровать к одному, а мечтала о другом. Готовила мне завтраки и скучала по Ярославу.
— Я для него пустое место. Когда смотрит, словно не видит. — Вика больше не сдерживает слезы. — А мне плохо. Физически больно из-за того, что не могу его обнять или хотя бы прикоснуться.
— Хреново. — Сажусь рядом.
— Не представляла, что так бывает. В институте, да и потом все было спокойно и легко. Встречи, расставания... Не ломало и не скручивало.
— Знакомый диагноз.
— У тебя с Дианой было так же? — Вика на миг отрывает ладони от лица.
— Со всей побочкой, какая только возможна.
Наше расставание окончательно превратилось в исповедь.
— Но ты смог ее вернуть, у вас дочка. А я... Без тебя я совсем его потеряю. Не увижу, не услышу. Вообще ничего не будет. Никогда.
