– Так у вас, что, всё серьёзно?
Серёжа снова сверлил её взглядом: тяжёлым таким, еле выносимым. Если бы Аня только знала, чего ему стоило задать ей этот вопрос прямо.
– А это уже, Мелёхин, не твоё дело.
Но он будто не слышал её.
– Вы также можете расстаться, потом ты ещё с кем-то познакомишься, не факт, что отношения будут долгими.
– В гадалку-предсказательницу, что ли, решил поиграть? – съязвила Аня, но Мелёхина, словно зациклило, и она была вынуждена защищаться.
– Так ты каждого своего нового мужчину будешь представлять ребёнку, как потенциального папу?
Он сделал шаг ей навстречу, а Аня отступила вслепую.
Резко выдохнула, горячий воздух взвился облачком пара.
– Что ты привязался… а кого мне представлять Лере как друга мамы? Тебя? Так ты уедешь, а она скоро забудет тебя, потом вернёшься через пять лет, мне вас заново знакомить придётся, – она язвила и язвила, и никак не могла остановиться. – Матвей в этом плане точно надёжнее.
Рот Мелёхина превратился в сплошную прямую линию, с губ исчезла привычная нахальная усмешка.
– Что-то я устал сегодня смотреть на ваши обжимания.
– Так не смотри.
– Ты напоказ что ли это делаешь? Нарочно?
– Ты, что, выпил? – сказала она, чтобы просто задеть.
Она в жизни не видела Мелёхина пьяным и прекрасно понимала, что сейчас в нём не алкоголь говорил, а другие чувства. Обида, например, странная какая-то. Из них двоих обиднее было ей.
– Выпил, но не напился, если ты об этом.
– Тогда с ума сошёл? Претензии какие-то выдвигаешь!
Она поставила руки на бёдра и возмущённо уставилась на него, затем отвернулась и пошла дальше:
– Напоказ? Нарочно? – повторяла она раздражённо.
– Зачем мне это?
– Вот и я думаю, зачем, а? – с этими словами, Сергей схватил её за плечо и развернул к себе лицом, она никак и среагировать не успела."
"А потом толкнул к стволу дерева и прижался следом. Аня оказалась в ловушке его рук: ни вправо, ни влево двинуться было нереально.
– Ты точно умом тронулся.
– Ты даже не подозреваешь, насколько сильно, – выдал в ответ Мелёхин, а потом его рот накрыл её губы.
О, это был совсем не невинный поцелуй, никакой ласки и нежности. Ничего подобного, как Аня ещё помнила. Только дикая ярость и желание наказать или, вернее, доказать что-то. Его язык уже вовсю хозяйничал у неё во рту, прерывистое дыхание обоих было громким и в какую-то секунду переросло в обоюдный стон. Может быть, в тот самый момент, когда Сергей наклонил голову и поцеловал с меньшей силой.
Аня не собиралась отвечать.
