Нужна ли живая ёлка маленькому ребёнку, или и искусственной достаточно? Какая-то эко-френдли настроенная пара доказывала, что живая – это намного экологичнее.
– Исследование было, так результаты показали, что владельцу искусственной нужно пользоваться своей ёлочкой больше двадцати лет, чтобы компенсировать урон природе, – активно отстаивала свою позицию девушка. – Обычная уже через семь лет до трёх метров вырастает. А новогодние продают, ну чуть больше метра, то есть три года и ёлка готова, а не двадцать лет и переработка пластика.
Кто-то вспомнил своё детство, атмосферу праздника и запах хвои в доме.
– Всё решено, на следующей неделе поедем, в питомник или лес, без разницы, Ань, выбирай сама, – заявил мужик.
– Да не надо, Матвей Сергеевич, и рано ещё, до праздника-то три недели.
Интересно, – подумал Мелёхин, – в постели она к нему тоже по отчеству обращается? – и уставился на Аню с какой-то неадекватной злостью.
А Ане сделалось как-то неудобно, что она и её дочь стали косвенной темой для обсуждения.
И Матвей тоже хорош, мало того, что при всех тискает, когда она сама ещё до конца всё не решила, так о Лерке заговорил, прекрасно зная, как не любит она обсуждать личное на публике.
Аня заёрзала, чувствуя себя неуютно, взгляд прыгал с предмета на предмет, с человека на человека, пока не остановился на Мелёхине, который снова сел напротив. Нарочно он, что ли, это делает? Ей-то показалось днём, что с ним можно вполне нормально общаться, но сейчас ответный взгляд Серёжи, которым он наградил её, был каким-то странным.
Опять к нему вернулась резкость и твёрдость. От сегодняшней непринуждённости, с которой они набирали «дрова» для костра, и следа не осталось."
"– Слушайте, давайте возвращаться уже, а? – заявил друг Паши, тот который тоже Серёжа, но айтишник. – У нас же на вечер не менее чудесная программа.
Кто-то крикнул:
– Баня!
– И в сугроб!
Взрыв хохота прорезал вечереющий лес.
И компания дружно засобиралась в обратную дорогу.
– Ну, Серый, ты разжигал, ты и туши, – хлопнул Паша по плечу Мелёхина.
– Да не вопрос, – не отводя взгляда от Ани, Сергей одним глотком допил глинтвейн.
Потом встал и пошёл разбираться с костром, краем глаза всё же поглядывая за «сладкой парочкой», как он окрестил Аркадьеву и её мужика.
Поскольку везти обратно надо было много вещей – посуду, стулья, гриль, шатёр и прочую ерунду – решили, что сбросят людей поближе к дому и вернуться за скарбом, который покидают на прицепы.
