Она с ума сойдет. Не говори. Не надо. Умоляю тебя.
— Чего ей плохо было?
— Из-за тебя, она каждый день плакала.
Да, так плакала, что Славик появился.
— Плакала. Мы с Алисой вместе слышали.
Потом снова мне в глаза посмотрела.
— Если ты все вспомнишь, все равно не уйдешь?
Усмехнулся и погладил ее по щеке.
— Не уйду. Куда мне от вас уходить?
— К той женщине.
Я нахмурился, глядя на дочь, в блестящие от слез глаза.
— К какой женщине?
— Ты ушел к ней от мамы. К какой-то женщине.
И снова расплакалась, а я опять ее к себе прижал.
Какая, к черту, женщина, что за бред здесь происходит?
— Не уйду, малышка. Зачем мне женщины какие-то, когда у меня ваша мама есть.
А сам чувствую, как опять трясти начинает. Да что ж там происходило в прошлом этом проклятом? Неужели, и правда, девку себе какую-то нашел? Да ты не просто мудак, Авдеев, ты мудачище, оказывается.
Зазвонил Машин сотовый, и я, увидев на нем «мама», тут же ответил.
— Да.
— Где вы? Кирилл, что происходит? Мне со школы звонили. Зачем ты Машу забрал?
— Тссс, тихо.
Не кричи. Нам поговорить надо было. Все хорошо у нас. Домой уже идем. Я к тебе приеду через час. В офис надо…
— Зачем Машу забрал? — кричит, и в голосе тот же ужас, что и у меня внутри. Только она меня испугалась. МЕНЯ? — Что ты ей говорил?
— Она тебе потом сама расскажет. Мы знакомились. Ты чего кричишь так?
— Ты учителей напугал. Совсем с ума сошел.
— Не кричи, Снежинка. Собирайся, в магазин поедем за вещами моими. Предложение насчет соседства все еще в силе? Не передумала?
— В силе.
Черт, Авдеев, ты мог мне сказать, что Машу заберешь.
— Я ее отец вроде, нет? Мне нужно у тебя спрашивать разрешения?
— С тех пор, как ты с нами не жил — да, должен спрашивать.
Я отключил звонок. Мы с ней это потом обсудим. Не при дочери. Многое обсудим. Пора правильные вопросы задавать. Хватит в прятки играть. Пусть все рассказывает. Я посмотрел на Машу.
— Злая.
— Это она умеет. Но она быстро остывает.
— Думаешь, мне влетит?
— Думаю, да. Купи ей шоколадку с орешками… ты раньше так делал… когда косячил.
Я рассмеялся и щелкнул дочь по носу.
— Видимо, последний раз я накосячил так, что шоколадки не помогли.
Она кивнула.
— Ну что? Никаких китов больше?
Отрицательно покачала головой.
— Вот и хорошо. Пошли в магазин, покажешь, какие шоколадки она любит.
— Пап, а ты мне телефон отдашь?
— Ну уж нет. Мать наказала, она и отдаст.
— Ничего ты не изменился.
Я рассмеялся, и она вдруг тоже.
— Но ты попробовала?
— А то.
