Я тебя присвою

Глаза у нее темные, но в такие моменты они буквально светятся. — А вы с Андреем разве нет? Есть проблемы?

— Кхм… Честно сказать, есть. Андрей… У него сложный характер. Он… — тщательно подбирая слова, чтобы не сказать лишенного. — Он слишком давит. Хочет, чтобы все было только по его.

— О, моя дорогая, видела бы ты нас с Саульским сразу после свадьбы! Рейнер — резковатый парень. Но, поверь мне, с этим можно справляться. Чем пластичнее будешь ты, тем мягче станет он.

Растерянно кошусь на болтающую без умолку Юлю.

Не думала, что разговор перетечет на нас с Андреем.

— Да, наверное. Только так получается, что с Андреем во мне какие-то черти пробуждаются. И… Сама осознаю: ко всему, что он делает, отношусь предвзято.

— Вот возьми и просто расслабься. Отпусти себя, — подсказывает Юля, откладывая папки и тотчас бросаясь поливать цветы. Двадцать пять дел одновременно — это о Саульской. — И унывать не вздумай! У вас все только начинается.

Унывать, действительно, нельзя. Слишком много планов и связанных с их реализацией дел.

Страдать ерундой мне, совершенно точно, некогда. Воспроизвожу в уме список, который составила на сегодня. Вот только вместо набега на книжный магазин, возни с цветами и подготовки к семинару, перед мысленным взором Андрея вижу.

Стремительное скопление эмоций горячей вспышкой грудь опаляет. Плечи заметной судорогой простреливает. А спину осыпает мурашками.

Я не просто жду вечера, чтобы с ним увидеться. Каждую минуту это предвкушаю.

Мать твою…

Боже, как я выражаюсь!

Что за чертовщина?

— Так что, вот так… — когда я выныриваю из своих мыслей, Юля продолжает говорить, но при этом уже что-то в блокнот пишет.

 — Не все могут слету под ситуацию подстроиться.

— Угу. Наверное.

Вскидывая взгляд, Саульская улыбается.

— Чтобы я сейчас ни сказала, что-то, самое важное, поймешь только потом, — щелкает авторучкой и задумчиво стучит ею по исписанному листу. — В субботу к нам заедете, м?

— Спрошу Андрея.

— Спроси. Будем ждать.

Попрощавшись, чтобы очистить мысли, направляюсь в книжный магазин пешком.

Послеполуденное солнце пригревает, будто летом. Но явно не от него мозг мой плавится.

В «Галактике», нарушая составленный план, двигаюсь в раздел художественной литературы. Словно во сне действую. Прихожу в себя, когда опускаю в корзину третий любовный роман со страстной полуголой парочкой на обложке. Над такими, обычно, вгоняя меня в краску, посмеивается Андрей.

Снова этот Рейнер…

Зашла за учебниками, называется.