Я тебя забираю

— Что же тебя проймет?.. — Ксюша шептала себе под нос прислушиваясь к удаляющимся шагам. Она села на кровать, закрыла лицо ладонями и тихо-тихо рассмеялась. Тихий смех перерос в хихиканье, а хихиканье и вовсе в звонкий перелив. — Бесик, твой господин всегда так терпелив?

На глазах волчицы проступили слезы.

Да что же нужно сделать, чтобы великий, могущественный и ужасный принц Преисподней вернул ее домой?

Но вместо слуги в спальне проявился сам господин:

— Тебе, значит, смешно? — спросил он с претензией.

— Если честно, то да, — призналась, поглядывая на взбешенного демона исподлобья. И ведь она совершенно не чувствовала страха при виде лавовых дорожек на теле принца, а изогнутые рога, полыхающие пламенем, больше вызывали интерес, чем приводили в ужас.

— Я рад, что смог тебя развеселить, — он спешно снял пиджак и швырнул его на ближайшее кресло.

— А зачем ты вернулся? — спросила настороженно.

— Озвучить свое первое желание, — демон приблизился рывком, подхватил девушку и опрокинул ее на спину.

— Что же ты желаешь? — Ксюша ощутила приятную тяжесть мужского тела, его жар и ни с чем несравнимый запах — так пахнет раскаленный до красна металл.

— Поцелуй, — в алых глазах плясали языки пламени.

— И только?

— И только.

— Хорошо, — согласилась волчица. Она облизала пухлые губы и потянулась к мужскому лицу.

— Нет.

— Что значит “нет”? — тонкие брови сошлись на переносице.

— Целовать буду я.

Первое прикосновения мужских губ отозвалось мелкой дрожью в теле девушки.

— Все? — уточнила волчица, скрывая волнение в голосе.

— Не-е-ет, — получила протяжный ответ, опаляющий её шею горячим дыханием. — Мы провели у горе-ведьмы пятнадцать минут, будет справедливо мне их вернуть, — демон слегка прикусил нежную кожу.

— Это… — Ксюша рвано выдохнула, — …это не поцелуй.

— А то представление, в котором мне пришлось участвовать, никак не походило на обряд разрыва истинной пары, — губы Балаама скользили, едва касаясь лица и шеи девушки.

— Откуда тебе знать?..

— Я уверен в своих знаниях, — провел языком по нижней пухлой губе.

— Н-н-но, — юная волчица тонула в оранжево золотистых переливах глаз демона. Покорно лежала, принимая чувствительные ласки, зная, что могла вскочить, оттолкнуть принца Преисподней, но не делала этого.

— Никаких ""но"", Ксения, — прервал жестко. — То, что даровано нам Высшими богами, не отнять никому кроме них. Никогда. Все твои попытки будут приводить к тому, что ты вновь окажешься подо мной.