Увидели силовиков — замерли, ручки подняли и стоим улыбаемся. Тогда на уликах не останется ваших отпечатков или следов пота. Пусть сами лазят, ищут, раз приперлись. Никто их не звал, не переломятся.
— И кстати, если вымогают взятку, мам, — встреваю я, — то следует согласиться. Попросить время, чтобы якобы собрать нужную сумму, а самой связаться с полицией и объяснить ситуацию."
"Мама хмурится и переводит взгляд на Кирилла в ожидании подтверждения или опровержения. Будучи чемпионом по закатыванию глаз, я устанавливаю новый мировой рекорд.
Презентабельный внешний вид и манера себя вести позволили Богданову мгновенно перетянуть родителей на свою сторону.
— Кирилл? — я настоятельно прошу поддержки.
— Лада права, — говорит он мягко. — Мнимое согласие дает возможность выиграть время, а в будущем, как знать, и поймать коррумпированных ментов. Вы всегда можете позвонить мне, сам лично я ничего не смогу сделать, но порекомендую адвоката.
Дальше мы недолго обсуждаем протоколы, что в них обязательно заносить и на что обратить внимание перед подписанием.
— Осведомлен — вооружен, — заканчивает Кирилл. — Мне пытались подкинуть деньги, но, как видите, я в полном порядке. Как вам собеседование в общем? Расскажите подробнее.
Напоследок он ворует со стола кусок пирога, и мы вновь садимся в машину.
Воспользовавшись объездной дорогой, Кирилл за каких-то двадцать минут преодолевает расстояние от станицы до своего жилого комплекса. Не могу сказать, что он гонит, но скоростной режим нарушает значительно.
Я молчу, находясь под приятным впечатлением от часового чаепития.
Богданов припарковывает машину у ворот, выключает двигатель, и я вспоминаю, что ему нужно ехать. Остаток дня он проведет не со мной.
— Идем, Лада, я покажу, как включить и настроить кондиционер. — Он явно торопится.
— Спасибо, Кирилл.
Он вопросительно прищуривается.
— За то, что при моих родителях ни разу не намекнул на мое место. В твоей жизни. Уверена, они неделю будут обсуждать встречу и радоваться.
Он тянется рукой к моему лицу.
Я думала, погладит, но нет. Вместо этого Кирилл обхватывает мой подбородок. Собственнически сжимает и смотрит в глаза.
— Я не собираюсь унижать тебя или твоих близких, — произносит мягко. — В договоре шла речь только о сексе. Никогда никого не благодари за то, что должно быть естественно. Взаимоуважение — это норма, на которой базируются любые отношения, — неважно, личные или деловые.
Мы все еще смотрим друг другу в глаза, мое сердце начинает частить.
