Мыслями я еще там, на кухне, с пугающим до ужаса Черновым.
Окружающее пространство вижу через пелену, мозг еле работает, вся спина в ледяной испарине, и футболка неприятно прилипает, сковывая движения.
Я в своей комнате.
Одна.
Опять.
Меня колотит крупной дрожью, просто трясет так, что зуб на зуб не попадает. Перед мысленным взором Арина, бьющаяся в конвульсиях, Андрей, снова лапающий мое, непонятно почему жадное до его рук, тело.
Дурно. Мне просто дурно, до такой степени, что мутит.
Только в этот раз я не бегу в душ, чтобы смыть с себя чужие прикосновения.
Не заламываю руки, стеная во весь голос и проклиная себя за предательство по отношению к младшей сестре.
Нет.
Просто сажусь на край смятой, некрасиво скомканной постели, упираюсь локтями на колени и утыкаюсь носом в свои дрожащие ладони.
Я не уверена, что произошедшее не является плодом моей фантазии. Совершенно не уверена. Все эти смены цвета глаз, внезапно возникшие татуировки, Аринино поведение.
Ну, не бывает такого! Просто не бывает.
На душе словно каменная плита лежит, непосильной ношей придавливая к самой земле. Тревожно, тоскливо, и не хочется из своей комнаты выходить.
Потому что червячок сомнений все-таки есть. А вдруг не приснилось?
Вдруг Арина опять мечется по кухне, и рядом поджидает пугающий до одури Андрей? Вдруг?
Не знаю, что и думать. Не знаю, как себя дальше вести, и что делать.
Медленно вдыхаю, на пару секунд задерживаю дыхание, и выдыхаю, пытаясь хоть немного успокоиться, привести в порядок лихорадочно мечущиеся мысли.
"
"Несколько минут хватает, чтобы прийти в себя. Сколько можно трусить? Надо идти и разбираться, что к чему. То ли вокруг творится какая-то чертовщина, то ли Чернов переходит все границы, то ли я сошла с ума.
Торопливо переодевшись, выскочила из своей комнаты и бросилась к Аринкиным дверям. Постучалась, быстро, нервно, получив в ответ тишину.
Сердце закололо, затрепыхалось в груди испуганной птичкой.
Почему она не открывает? Осторожно нажав на ручку, толкнула дверь и, чуть дыша, заглянула внутрь.
Пусто. Постель смята, не заправлена. Сестра уже встала? Сколько времени-то? Бросаю отчаянный взгляд на красивые большие часы, висящие на стене.
Почти десять.
Значит встала. Тихий голос в голове нашептывает, а может, и не ложилась? Может она все так же, лежит на полу, там, где ее бросил Андрей?
Невыносимо страшно. Не за себя. За сестру.
