Она все еще не нашла в себе сил поговорить с Алексеем, дни, проведенные без мужа, шли один за другим, чувство неловкости и стыда за свое поведение как-то ослабевало, словно так и должно быть: она живет одна, а Лешка где-то там, в Подмосковье, в Жуковском. Так лучше. Так привычнее. Иногда даже закрадывалась трусливая мысль оставить все как есть и ничего не менять, не говорить с Лешей, не извиняться и ничего не объяснять. Если в конце концов он из-за этого разведется с ней – что ж, так тому и быть. Она от природы не приспособлена для семейной жизни.
А работа в уголовном розыске, в свою очередь, тоже нормальным семейным отношениям противопоказана.
Но мечтам, как водится, сбыться не удалось. Около половины одиннадцатого вечера в субботу позвонил генерал Заточный.
– Как насчет Готовчица? – спросил он. – Вам есть что рассказать мне?
– Немного, – призналась Настя. – Только личные впечатления.
– А большего я и не прошу, – усмехнулся Иван Алексеевич. – Все остальное я в состоянии узнать и без вас.
Встретимся завтра.
Он не спрашивал и не просил, он приказывал. «И почему я все это терплю от него?» – не переставала удивляться Настя. В самом деле, никто, даже любимый муж не мог вот так запросто заставить ее встать в воскресенье в шесть утра. А Заточному достаточно было просто сказать: встретимся завтра. Она могла скрипеть зубами от злости, могла жалобно просить его назначить встречу не на семь утра, а хотя бы на девять (и, разумеется, получить отказ, ибо генерал Заточный своих привычек не менял), могла проклинать все на свете, но тем не менее вставала ни свет ни заря и шла в Измайловский парк.
Ночь с субботы на воскресенье Настя провела в целом спокойно, но как-то бестолково. Вроде и не нервничала, но и отдохнуть как следует не сумела. Перед сном залезла в горячий душ, чтобы согреться и расслабиться, проветрила комнату, приняла три таблетки валерьянки и улеглась в чистую свежую постель. Подгребла под себя обе подушки, закуталась в теплое одеяло, свернулась в клубочек и тут же поймала себя на том, что лежит по привычке на самом краю дивана, хотя она одна и места более чем достаточно.
С удовольствием переместившись подальше от края, она вместо того, чтобы засыпать, стала ни с того ни с сего перечислять по пунктам все положительные и отрицательные стороны отсутствия мужа. Главным отрицательным фактом было то, что Алексей обижен и потому не хочет больше с ней жить. Конечно, это ее вина, только ее, так нельзя себя вести.
