Все же род Есениных знают далеко за границами страны. Силу этого рода признавали во множестве государств.
— Раз турнир, то пусть будет турнир, — скептически сказала Лора. — Все же нам нужна небольшая тренировка перед Универсиадой.
— Странная страна… — только и ответил я.
— Согласна. Даже интересно посмотреть, как там в том же Китае или Японии. Может, мы успеем и туда и туда. — сказала Лора.
— Кто знает, — развел я руками.
Пока мы все это обсуждали, к нам в комнату вошел Ульрих с папками в руках.
Болванчик незаметно проскользнул за спину и показал, что на них написано.
— Ага, уже собрали досье, — прокомментировала Лора. — Быстро они. Интересно, как они умудрились так быстро их собрать.
— Так-так, дорогие гости, мы приносим вам свои извинения, и в частности вам, Ваше Царское Высочество Екатерина Петровна Романова, — казалось, он смаковал каждое слово. Словно лис, который знал больше, чем говорил. — Почему же вы сразу не сказали?
Саша незаметно посмотрел на царевну. Дункан даже не повернула голову — сидела и грелась у камина.
— Не посчитала нужным, — только и ответила Екатерина, гордо подняв голову и чуть ближе подошла к Ульриху с солдатами. — Стоит ли мне думать, что просчет с вашей стороны? Вы не смогли узнать царевну Российской Империи. Страны, к которой вы когда-то тоже относились?
В глазах Ульриха на миг проскользнула искра ненависти. Судя по всему, тут не любили вспоминать прошлое.
— Что вы? Мы просим прощения, — он поклонился. — Стоит ли нам известить вашего отца, царя Петра?
— Не стоит себя утруждать, долго я тут не пробуду, — величественно отмахнулась она, возвращаясь к нам и садясь на неудобный стул.
— Мы планируем пробыть тут не более трех дней, так что можете не утруждать себя. Все равно письмо будет идти дольше.
— Что ж, тогда прошу простить за столь сумбурную встречу, — он поклонился. — А теперь позвольте уточнить информацию у ваших подчиненных. — Последнюю фразу он сказал нарочито громко.
Есенин за мгновение пересек полкомнаты и оказался в тридцати сантиметрах от Ульриха.
— Кого ты назвал подчиненным? — Он выпучил на представителя Северян горящие глаза и слегка оскалился. — Повтори-ка, шавка Лендрмана.
Солдаты за его спиной моментально вскинули автоматы и направили в лицо Есенину, но тот даже не шелохнулся, продолжая сверлить глазами Ульриха.
— Я… Александр Сергеевич, вы уверены, что готовы пойти на такой импульсивный ход? — улыбнулся он.
