— Можете, конечно, рискнуть, но как же последствия?
У Саши начала постепенно разгораться аура, окутывая его легким голубым пламенем.
— А ты думаешь, кто-то успеет сообщить? — он смотрел с улыбкой на Ульриха. Тот даже попытался включить свою ауру, но куда там.
— Кто ты по званию? — вдруг спросила Царевна Екатерина.
— Я? — удивился Ульрих и гордо проговорил: — Годи высшего звена.
— А… — хмыкнула царевна и отвлеклась на своих ногтей. — Такая мелкая сошка, а возомнил о себе… Думаешь, если я скажу, что ты оскорбил моих людей и за это понес наказание, кому поверят?"
"— Но тут стоят камеры? — судя по голосу, он стал сомневаться и немного испугался.
Эта игра с угрозами могла длиться еще долго, но в дело вмешалась Дункан.
Не спеша она подошла к Есенина, дернула за локоть и влепила пощечину, а потом обняла. От такого представления я немного впал в ступор.
— Ты сильно удивишься, — сказала Лора, включив мне энергетическое зрение.
И вправду. То, что я увидел, очень необычно.
Энергия, испускаемая Есениным, когда он выходил из себя, была силами хаоса, от чего он переодически слетал с катушек.
Но так же она угрожала ему физически. Она могла причинить боль любому магу. Если тот будет слабее и попытается не то что дотронуться до Саши, но даже будет находиться рядом.
— Приди в себя, идиот, — сказала Айседора, прижимая Есенина к себе.
Энергия росла с каждой секундой. Сначала она окутала Дункан а потом утихла.
— Она ее впитывает? — спросил я у Лоры. Такой эффект я видел впервые.
— Нет.
Она просто служит фильтром. — пояснила Лора. — В ней же нет магии, а стало быть и магия на нее не действует. Так что это своего рода обнуление… Точнее не смогу объяснить. Эх, мне бы получить хоть частичку этой энергии хаоса, уж я бы с ней поработала.
— Не сомневаюсь, — улыбнулся я.
Екатерина же подошла к Ульриху и, не посмотрев, на него сказала с холодком в голосе:
— Я сообщу о твоем пренебрежительном поведении. Если ты думал, что твои высказывания прошли мимо моих ушей, то ошибаешся.
— Что вы, я не имел ничего такого… — замялся он.
— Скажи, ты считаешь царевну дурочкой?
Он побледнел. Все же такие слова от высокопоставленного посла другой страны крайне опасны, поэтому Ульрих постарался сгладить углы.
— Ни в коем случае, Ваше Императорское Высочество! — очередной поклон, самый низкий за сегодня. Еще бы чуть-чуть и мог бы задеть лбом колени. — Это штатная проверка в нашей стране. Если я вас чем-то обидел, то прошу искренне простить.
